Котёл 50-х: Мамардашвили, Щедровицкий, Ильенков и машины мысли.

Книга вскрывает «машину мысли» Мераба Мамардашвили — не как учение, а как совокупность операций, производящих событие мысли. Через двадцать четыре главы прослеживается трёхтактная структура (расцепление символ точка), три образа (лента Мёбиуса, улитка, жар-птица), четыре режима работы (аффект, социальность, сознание, бытие) и различения, которые нельзя стирать (предел vs. событие сознания, топос vs. ноогенная машина, решимость vs. труд). Особое место занимает полемика с Ильенковым и Щедровицким: все трое вышли из «котла 50-х» — Московского логического кружка, — но разошлись в понимании того, что производит мысль. Ильенков строил философию тождества, Щедровицкий — инженерию деятельности, Мамардашвили — топологию события. Книга строго различает документ и реконструкцию: «мёбиусная сетка», символ как «избыток», «недостаток символизма» документированы; «жар-птица», «улитка», связка трёх режимов — реконструкция. Схема работает, пока остаётся пустой формой, а не «знаком».