Так он просидел на диване несколько часов, мысли о Воване не давали ему покоя. На улице уже наступило жаркое июльское утро, о чем свидетельствовала поднимающаяся температура внутри покосившейся «берлоги». Он сумел избавиться от прямых солнечных лучей, заделав щели, но избавиться от вторичного воздействия солнца ему естественно не удалось. Поэтому в убежище, особенно в конце дня, становилось невыносимо жарко. Сергей сидел и думал, что какие-нибудь малолетки, случайно забредшие на пустырь, могут развалить его «богадельню» ради развлечения, и тем самым зажарить его живьем. Думал о том, что пребывая в шкуре кровопийцы всего несколько дней, он уже сильно скучает по солнечному свету. Но были и преимущества: обострившиеся слух, зрение и обоняние. Именно благодаря одному из этих достоинств Пацкевич услышал на большом расстоянии чьи-то приближающиеся шаги. В том, что кто-то идет именно к его укрытию Сергей не сомневался. Шаги становились все громче и ближе, ему даже удалось почувствовать небольшую вибрацию земли.

«Кто же это? Что делать? – Пацкевич запаниковал. – Может это полиция по мою душу? Может те, кто нашел труп, вызвали ментов? Или это малолетки идут валить мой сарай? В любом случае, кто бы это ни был, ничего хорошего меня не ждет. Они откроют покрывало, и я сгорю заживо. Нужно лезть в холодильник».

Сергей спрятался в холодильнике. Даже сквозь толстые стены своего «гроба» он услышал, как кто-то подошел к убежищу и остановился. Затем этот «кто-то» одернул покрывало и хриплым, знакомым голосом спросил:

– Серега, ты здесь?

Это был голос… Вована! Того самого Вована! Пацкевич не поверил своему счастью!

– Закрой покрывало! – крикнул из холодильника Сергей как можно громче.

– Ты чё, в холодильнике? – с недоумением спросил Вова.

– Я сказал, задерни покрывало, дубина!

– Да, да… конечно, – Вован вошел внутрь и плотно закрыл за собой «дверь».

Сергей тут же выбрался из холодильника и зажёг свечу.

– Я вижу, тебе после вчерашнего пойла тоже хреново? Ты зачем в холодильник забрался? – спросил Вова, как ни в чём не бывало. – Я вообще ни хрена не помню. Проснулся – тебя нет, голова трещит, на шее царапина. Я вчера, наверное, падал, да?

– Раз пятнадцать Вова! Я думал, ты своим затылком всю нашу конуру разнесешь! – Сергей не скрывал своей радости, он очень обрадовался, что Вова жив.

– А ты чё такой счастливый? Небось, уже похмелился? – Вова небрежно завалился на диван. – Мне хреново никогда в жизни так не было. Бабу Надю убью за такой самогон. У тебя ничего не осталось, здоровье поправить?

– Держи друг! – Сергей достал из кармана три тысячи. – Бери только хорошую водку, ладно? И свечей купи как можно больше, не переношу я солнечный свет. Болезнь редкая у меня.

– Ха! Ты прям как вампир, свет не переносишь. Слышал я о такой болезни, слышал… – бомж взял деньги и аккуратно вынырнул из убежища наружу.

«Слава Богу, Вован жив. И под солнышком гуляет, значит не вампир. Мне, наверное, показалось, что я выпил всю его кровь. А на самом деле я выпил не больше стакана! Ух! Как жрать хочется. И крыс почему-то нет нигде. Этот бомжара сейчас купит себе колбасы, водки, сыра. Причем за мои деньги. А я буду сидеть и облизываться. Ну не пить же мне его кровь опять? Второго раза он может не выдержать. Нет, потерять Вована нельзя, буду осторожен», – на всякий случай, забравшись в холодильник, думал Пацкевич.

Вернулся Вова через час с двумя пакетами полными еды и алкоголя. Плотно закрыв за собой покрывало, он подошел к холодильнику и стукнув по нему три раза, сказал:

– Серега, вылезай. Реанимационный груз прибыл и готов к немедленному употреблению.

Сергей не понял, что Вован назвал грузом готовым к употреблению – пакеты с едой или самого себя.

– Конечно, Вован. Спасибо что сходил, – Пацкевич выбрался из холодильника. – Ты наливай себе, а я пока воздержусь. Что-то мне совсем плохо сегодня.

Прошло три часа. Нынешняя обстановка мало чем отличалась от предыдущего вечера. На «столе» горели две свечи, а Вован сидя на диване, рассказывал о своих многочисленных боевых подвигах. Только сегодня за спиной у Сергея не было лужи самогона.

– Лечу я с парашютом над Кабулом, а там зенитчики… много зенитчиков, целый полк! И все палят по мне, со всех стволов. Но я калач тертый, не растерялся. Что я сделал! Я обрезал стропы своим охотничьим ножом, и… – жестикулируя руками и мотая головой по сторонам, увлеченно рассказывал сильно опьяневший Вован.

Сергей, молча, стоял и слушал этот бред, держа за спиной крупный обрезок доски. Пульсирующие вены на лбу Вовы действовали на Пацкевича, как настойка валерьянки действует на котов. Сдерживать себя было с каждой минутой все трудней, откровенно лживые рассказы Вована раздражали Сергея не меньше, чем желание вцепиться клыками ему в глотку.

«Если он после этой стопки не заткнётся, я сам его потушу, – наливая по края рюмку водки, подумал Пацкевич. – Зачем я вообще держу здесь это безобразное, вонючее существо?»

Выпив предложенную Сергеем очередную рюмку, Вован принялся за свой рассказ с усиленным энтузиазмом:

– А в Пакистане? Я не рассказывал тебе, как я в Пакистане в одиночку взял террориста номер один?

Дослушивать эту ахинею Пацкевич не стал. Взметнувшись вверх, обрезок доски со свистом обрушился на затылок несчастного человека. Удар получился не менее сильным, чем в прошлый раз. Сергею даже показалось, что из глаз Вована посыпались искры.

«Я становлюсь очень жестоким, – констатировал Сергей, глядя на распластавшееся тело Владимира. – Насилие не вызывает у меня отвращения как прежде, и с этим нужно что-то делать. Я не хочу становиться монстром сеющим смерть и горе по всей земле. Я чувствую, как остатки человеческой души безвозвратно покидают меня. Пройдет еще немного времени, и я окончательно превращусь в бездушное существо, жаждущее только этой проклятой красной жидкости. Красная жидкость. Как же я хочу выпить немного тёплой, сладкой человеческой крови! Думаю, Вован не обидится, если я возьму у него ещё один маленький стаканчик крови? Нет! Нельзя! Он слишком слаб, я могу его убить. Нужно учиться охотиться по-настоящему, а не глушить каждый раз доской несчастного пьяного бомжа! Скоро стемнеет, я лучше наведаюсь к своей любимой женушке! Вот уж где моя новая комариная функция может пригодиться!»

глава 6

– Да любимый, я жду тебя через полчаса с нетерпением! – лёжа на кровати, Марина громко разговаривала по телефону. – Нет, Паша, этот урод не появлялся. Конечно! Конечно у тебя член больше чем у пацюка… да он у него вообще микроскопический! Подожди, наверное, мясо подгорело на плите, какой-то странный запах в комнате. Не клади трубку, я пойду, посмотрю.

Марина встала с кровати и направилась на кухню. Подойдя к плите, она обнаружила, что горелка выключена.

«Странно, – подумала она. – Я оставляла её включенной. Точно помню. И что это за мерзкий запах?»

В соседней комнате послышался тихий стук. Испугавшись, Марина выскочила в гостиную – никого. Проверив входную дверь, жена Пацкевича убедилась, что она намертво закрыта, войти с улицы никто не мог. Опять раздался стук, на этот раз в спальне. Марина бросилась туда, но и там никого не оказалось, только насыщенный запах серы стоял в воздухе.

«Наверное, с улицы тянет, нужно форточку закрыть, – подумала она и захлопнула форточку. – Когда уже эту канализацию починят? Ой, нужно плиту включить, а то Паша скоро приедет, наверное, голодный как всегда…»

По-настоящему Марина испугалась, когда вернулась на кухню. Мясо, стоявшее на плите, кто-то вывалил на пол, а сковорода исчезла. Не успела она сообразить, что произошло, как за спиной послышались чьи-то шаги. Оторопев от ужаса, Марина всё же нашла в себе смелость обернуться и взглянуть в лицо опасности. Перед ней стоял почти голый мужчина: на его голове был надет чёрный мусорный пакет с отверстиями для глаз, а в руке крепко зажата сковородка.

– Сережа? Ну, напугал… что за глупые шутки? – Марина облегченно вздохнула. – Ты думал, я тебя по твоей пипетке не узнаю? И вообще, как ты вошёл? Я ещё вчера замки сменила…

Пацкевич ничего не ответил. Применив хорошо отработанный на бомже прием, он с легкостью обрушил на пол ожиревшую тушу своей жены. Отбросив сковороду в сторону, Сергей бросил на обмякшее тело Марины высокомерный взгляд.

– Микроскопический, говоришь? Ну-ну… сейчас я тебе покажу, у кого из нас пипетка, – процедил сквозь зубы кровопийца, склонившись над телом жены. – За такие слова я у тебя всю кровь вместе с жиром высосу. Ты же давно похудеть мечтала? Будешь завтра килограмм пятнадцать весить…

Как только Пацкевич собрался вцепиться зубами в шею жены, в прихожей заскрипел замок, распахнулась дверь и в комнату кто-то вошёл.

– Кисюня! Твой мотылёк уже летит к тебе на крыльях грязного, зубодробительного секса!

Услышав голос Паши, Пацкевич поднял с пола сковороду и спрятался за дверью.

– Кисюня, ну почему ты не встречаешь своего мамонтёнка? – Паша вошел на кухню и увидел лежащую на полу Марину. – Кисюня! О боже, что с тобой, кисюня?!

Упав на колени перед бесчувственным телом Марины, «мамонтёнок» обхватил ее запястье, пытаясь нащупать пульс. Оказавшийся за спиной Паши Пацкевич не стал изобретать ничего нового. Обхватив рукоять сковороды обеими руками, он нанес небывалый до этого по силе удар – прямо по темечку своего бывшего коллеги. Рукоять сковороды осталась у Пацкевича в руках, а сама сковорода весело звеня, пустилась в пляс по начищенному кафелю.

– Когда меня посадят в тюрьму за все мои зверства, зэки наверняка мне дадут прозвище – глушитель, – самодовольно произнес Сергей, глядя на растянувшегося рядом с Мариной Павла.

Насытившись вдоволь кровью павших от сковороды жертв, Пацкевич взял ножницы и выстриг на голове своей жены «ирокез», таким образом, отомстив за измену.

«Жить будут. Для таких свиней потерять пол-литра крови, как для меня ударить человека доской по голове – ничего не стоит», – подумал Сергей и, перевоплотившись в комара, вылетел в открытую форточку.

Когда Пацкевич вернулся в свою нищенскую обитель, на улице уже светало. Одернув покрывало, он увидел сидящего на диване Вову. Обхватив голову руками, он раскачивался и стонал.

– А, вернулся, – бегло взглянув на Сергея, сказал Вован. – Что-то от этой водки голова раскалывается ещё сильнее, чем от бабкиного самогона. Я опять падал, да?

– Да Вова, да. Тебе нужно меньше пить. А то убьешься, когда-нибудь.

– А я и думаю, откуда у меня шишка с баскетбольный мяч на затылке. Но двести грамм в качестве лекарства, думаю, не помешает, – Вова привстал с дивана и налил в стакан водку.

– Вован, пока ты ещё адекватный, прошу, перестань мне заливать про войну, ладно? А там гляди и голова по утрам меньше болеть будет, – сказал Сергей, залезая в холодильник. – Ешь, пей, сколько хочешь, а я спать. Тяжелая ночь выдалась…

Проснулся Сергей от чувства легкой тревоги. Он не знал, сколько времени провел в состоянии сна, ему впервые удалось заснуть с момента перевоплощения в вампира. Когда Пацкевич выбрался из холодильника, в комнате никого не было. Одернув покрывало, он выбрался наружу и осмотрелся по сторонам. На улице было очень темно, даже раскинувшийся вдали город не излучал привычного света, как будто отключили электричество. Небывалая, гнетущая тишина казалась совершенно неестественной, не было слышно даже обычно раздражающих Сергея сверчков. Не было слышно лая собак, пения птиц, гула от проезжающих по шоссе автомобилей. Абсолютная тишина. Это обстоятельство усилило чувство тревоги, и Сергей направился в сторону кольцевой.

«Что-то пугает меня эта гробовая тишина, – думал он, шагая по уже полюбившемуся пустырю. – Такое ощущение, что я проспал ядерный апокалипсис. И Вован куда-то исчез. А хрен с ним, с этим Вованом. От него больше вреда, чем пользы. Воняет только на всю округу, и все мои деньги уже почти пропил, придется опять к проституткам наведаться. А вот, кстати, столб, под которым они обычно пасутся. Странно… и здесь никого нет».

Приблизившись к кольцевой дороге, Пацкевич увидел по-настоящему жуткую картину: автозаправка и прилегающий к ней магазин были совершенно безлюдны и погружены в полный мрак. На трассе, ранее отличающейся своей сумасшедшей интенсивностью, не было ни одного автомобиля. Придорожный кабак, у которого постоянно собиралась вся местная шпана, был фактически разрушен. Его окна и двери были выбиты, а от крыши остались только обугленные балки. На обочине вдоль дороги стояло несколько автомобилей с открытыми дверьми и спущенными колесами. Лобовое стекло одного из автомобилей было полностью забрызгано кровью. И все это леденящее душу зрелище сопровождала зловещая, полная тишина. Сергей подошел к одному из автомобилей и заглянул внутрь: на переднем сиденье он увидел окровавленные обрывки чьей-то одежды, а на заднем диване в неестественной позе застыл труп мужчины. На первый взгляд это тело пролежало в автомобиле не меньше месяца, оно уже практически разложилось. Сильный запах гниющей плоти заставил Пацкевича попятиться назад. Остановившись посередине дороги, Сергей бросил взгляд куда-то в темноту, его внимание привлек неожиданно раздавшийся женский крик. Через мгновение из темноты показался человеческий силуэт – это была молодая девушка. Она еле передвигалась, одежда была разорвана, а ноги сбиты в кровь.

– Останови их, прошу тебя! – слабым голосом прохрипела девушка, приближаясь к Сергею. – Они послушают только тебя, останови их…

– О чем ты говоришь? Кого остановить? – Пацкевич осмотрелся по сторонам, но никого не увидел.

– Спрячь меня, прошу! Они скоро будут здесь! – из последних сил вскрикнула незнакомка и упала ниц у ног Пацкевича.

Сергей поднял девушку на руки и отнес к одному из автомобилей. Уложив ее на заднее сиденье, он еще раз осмотрелся по сторонам. На северо-западе он увидел стремительно приближающуюся темную тучу, которая черным пятном выделялась на фоне остального неба. Эта туча постоянно меняла форму и гудела, как пчелиный рой. Что это за странное природное явление Пацкевич понял, когда туча оказалась совсем близко. Это был гигантский рой комаров, преследовавший несчастную девушку. В воздухе послышалось несколько хлопков, запахло серой, а возле Сергея появилось около дюжины вампиров.

– Какая встреча! Какая честь повстречать первого из нас! – восторженно прошипел один из них. – Здесь не пробегала измученная девица? Мы ее от самого центра города гоним.

– Я видел ее. Она побежала туда, – Сергей указал в сторону пустыря.

– Надеюсь, ты нам не лжешь, первый? Кому как не тебе знать, какая сейчас большая редкость найти сосуд, по края наполненный живительной кровью, – вампир бросил взгляд в сторону автомобиля, в котором находилась девушка. – И все же ты нам солгал! Она в машине!

Остальные вампиры бросились к автомобилю и, оторвав заднюю дверь, вышвырнули девушку на асфальт. Она отчаянно кричала и сопротивлялась, пытаясь вырваться из цепких объятий окруживших ее кровососов. Сергей стоял и с ужасом наблюдал, как толпа голодных, озверевших кровопийц, разрывает беспомощную жертву на части…

глава 7

– Нет!!! Остановитесь!!! Нет!!! – Пацкевич вскочил на ноги, выбив головой дверцу холодильника.

– Чего ты орешь, как будто тебя девственности лишают, – шутливым тоном сказал Вован, сидя на диване. – Что, кошмар приснился? Или белая горячка посетила? А я тебе говорил, водка – дрянь!

Это был не сон, Вова! Это был не сон! – истерично закричал Пацкевич, выпрыгнув из холодильника. – Ты должен меня убить, Вова! Ты должен воткнуть мне в сердце осиновый кол!

– Да вижу я, вижу, что это был не сон. Я же говорю – белочка! Что за время такое, даже в магазине нормального пойла не купишь…

– Какая белочка, Вова? Какая белочка? Я видел что произойдет, если меня не уничтожить! – Сергей подошел к Вовану и положил руки ему на плечи. – Смотри, мой дорогой друг, сейчас сам все увидишь!

Открыв рот как можно шире, Пацкевич продемонстрировал Вовану желтые клыки, которые после употребления человеческой крови стали просто огромными. Глаза запылали ярким огнем, послышался легкий хлопок и Сергей исчез, оставив в воздухе едкий запах сероводорода и куртку со штанами на полу. Посмотрев устроенное вампиром представление, Вован выронил из рук стакан с водкой, а его глаза неестественно округлились.

– Я вампир, Вова! Самый настоящий вампир! – раздался голос Пацкевича с другой стороны комнаты.

Вован резко повернул голову и увидел совершенно нагого Сергея, стоящего у входа.

– Если ты меня не убьешь, мир, который мы знаем, исчезнет! – Поднимая с пола штаны, продолжал Пацкевич. – Его заполонят такие твари как я! А такие твари как ты, Вова, будут прятаться как крысы!

– Ну и хрен с ним, с этим миром, – на удивление спокойным тоном сказал Вован, – мы и так с тобой прячемся как крысы. Посмотри вокруг, разве не так? Я не стану убивать своего единственного друга, будь он хоть трижды вампир…

– Да какой я тебе друг? Я тебя сюда заманил только для того, чтобы бить доской по голове и пить твою проспиртованную кровь! Думаешь, откуда у тебя раны на шее? А гематома на затылке размером с Нью-Йорк?

Вован помолчал около минуты, потом вскочил на ноги и громко закричал:

– Ах ты, подлая тварь! А я-то думаю, почему у меня мозги по утрам как холодец трясутся! Давай нож, я с удовольствием вырежу твое дрянное сердце!

– Э! Придержи коней, мясник хренов! – Сергей сделал шаг назад. – Меня осиновым колом колоть нужно, не забывай! Возьми нож и дуй в посадку, найди, что-нибудь подходящее. Сделаешь все как надо, дам тебе карточку с банковским счетом, до конца дней нужды знать не будешь!

Вова с недоверием посмотрел на Пацкевича, взял нож и отправился за осиновым колом в ближайшую посадку.

Ждать Вована пришлось долго, он отсутствовал до самого вечера. За это время Пацкевич успел несколько раз передумать на счет своего самопожертвования. Он не был до конца уверен в том, что это было именно видение, а не обычный сон. Но этот сон был настолько правдоподобен что, проснувшись, Сергей не сразу понял, где реальность, а где жестокие игры его спящего воображения. Он хорошо помнил, что в этом видении вампир назвал его «первым из нас». Значит, виной всего произошедшего в будущем был именно он. Именно он создал кровожадную армию убийц, истребившую население огромного мегаполиса, а может быть и целого мира. Но как? Ведь укушенные им люди не становились вампирами, Вован тому доказательство. А сложный ритуал перевоплощения, проведенный Александром, Сергей не собирался на ком-либо испытывать, тем более он его не запомнил.

«Нет, все же выход остается только один, – думал он, настраивая себя на скорую гибель. – Не важно, по какой причине произойдет катастрофа, главное, что она произойдет, и я это чувствую. Я должен прекратить свое жалкое существование прямо сейчас. А там гляди, за принесенную мною жертву, в рай пустят! Осталось только дождаться этого алкоголика с осиновым колом…»

Когда Вован вернулся, на улице почти стемнело.

– Прошу прощения, но я не мог иначе, – сказал вошедший в убежище Вова, шатаясь от сильного опьянения. – Ты же не думал, что я сумею заколоть любимого друга трезвый? Вот мне и пришлось сделать небольшой круг, через бабу Надю! Орудие возмездия изготовлено и готово к использованию!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Кровосос: реванш Люцифера

Полная версия