В Женеве, мировой столице часовой моды — легендарной “haute horlogerie” — порой кипят такие страсти, что внутренние пружины лопаются, а шестерёнки, острые, как бритвенные лезвия, разлетаются, шинкуя изысканный воздух салонов на Rue du Rhône в фарш, пахнущий дорогим одеколоном и цитатами из Кальвина. Здесь всё подчинено тиканью, мерному, как пульс планетарного механизма. Но внутри каждого циферблата, под блистающей эмалью, скрывается чёрная дыра истерии, готовая проглотить время целиком. Их — двое. Он и она. Два часовщика. Он — живой памятник, мастер с руками, закалёнными в растворе вековой пыли и вермута. Его пальцы пахнут машинным маслом и властью. Она — начинающая. Её инструменты — холодны и девственны. Её зрачки — как шлифовальные диски, жаждущие стереть патину с его авторитета. И то соперничество, которое возникает между ними, можно сравнить с вулканом, просыпающимся на морском дне. Сначала — лишь лёгкий трепет, едва уловимый сейсмографом. Затем - неожиданно! - безумный взрыв.

Женевские часовщики