Однажды — 2

Сборник малой прозы

Олег Северянин

Иллюстратор Екатерина Игоревна Замоткина

Фотограф Олег Евгеньевич Замоткин

Иллюстратор Нина Сергеева

ISBN 978-5-0070-1381-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Дорогой читатель! Второе издание сборника прозы Олега Северянина отличается непередаваемой атмосферой приключений и лёгкого волшебства. В книгу вошли очень разные по жанру произведения, которые найдут отклик у многих читателей. Эта разносторонность отображает всю палитру творчества писателя. Сборник Олега Северянина — это воспоминания о молодости, о путешествиях, о знакомых и незнакомых, встретившихся на жизненном пути, а также фантастические зарисовки.

Последний рейс

(из серии «Флотские зарисовки»)

Взято из интернета

Наступил неприветливый ноябрь месяц, река покрылась тонким льдом, а золотистую листву припорошило снежком. Наш экипаж готовился к последнему рейсу за эту навигацию. Когда механик сообщил, что поедем вытаскивать из беды тонущий посреди Оки речки дебаркадер, я расплакался, а вслед за мной и весь экипаж. Даже суровый старпом пускал слезу и каялся. Я долго не мог отвязать от причала толкач. Мои нежные чувства обострились и, сидя на кнехте я плакал, а вместе со мной и весь экипаж, вспоминая агрессию кровавого режима. Так прошёл вечер. Наступило утро и мне вызвали психоаналитика, который помог тем, что обрубил топором канаты. И рыдая да каясь, поплыли мы к тонущему на земснаряде шкиперу, который сквозь слёзы готовил для себя петлю.

Прочитали? Забудьте. Такие сказки оставьте либералам.

На самом деле последний рейс я провёл в другой бригаде, потому что остальные рядовые уже уволились. На буксире был старпом Толик с моим сменщиком и механик Михал Генадич, с которым мне предстояло нести ночные вахты.

Путь был неблизкий, до города Коломна, где мы должны были забрать земснаряд и отбуксировать его в Западный порт. Проснувшись без четверти полночь, я почуял неладное. По моим подсчётам, буксир должен был находиться в центре Москвы, в районе Кремля. А тут тишина, ни вибрации, ни плеска волн, да и в иллюминатор ничего не видно. Поднявшись в кают-компанию я увидел старпома и механика в окружении диспетчерш, которые должны отвечать за грузопоток порта и по идее давно выгнать нас в рейс, но они безмятежно сидели рядом с командирами и бухали.

— Погоди, Олег, сейчас поедем, — произнёс раскрасневшийся старпом.

— Вы ещё четыре часа назад обещали, — налив стопку, произнесла одна из диспетчеров.

Впрочем скоро дамы удалились по службе и через десять минут, официально вызвав нас по радиосвязи, дали разрешение на выход из порта.

Отдав чалки, я заспешил в рубку. Качаясь в кресле, Михал Генадич героически вёл теплоход через ночь. Впрочем сил у него почти не осталось и что-то пробормотав, он, мягко говоря, прилёг на диван и захрапел.

Я был очень рад, что идем без баржи, только буксир, поэтому привычно сел в кресло и стал ногой пинать рычаг, гоняя рули управления. В шесть утра я дорулил почти до Южного порта. Пришёл Толик, разбудил Геннадича и мы отправились отдыхать. Я от напряжения, он от выпитого.

Проснулся в полдень от жары. В кают-компании градусник показывал плюс сорок, что по цельсию, и это несмотря на то, что на улице был крепкий минус. Пройдя по палубе к рубке я посмотрел, как наш буксир ловко режет форштевнем лёд, поёжился и проследовал на пост управления, готовясь к вахте.

Оказывается, ребята по утру настолько замёрзли, что помимо утиль-котла, который находится в дымовой трубе и нагревается от газовыхлопа дизелей, запустили ещё и основной, который используется на стоянке при выключенных двигателях.

Я заспешил в машинное отделение и остановил котёл, а то реально внутри помещения дышать было нечем, да и от сухого воздуха вперемежку с жаром слезились глаза. На этот раз вахта прошла успешно. Я демонстративно не появлялся в рубке и отгадывал кроссворды у себя в каюте и изредка, по звонку шёл на палубу, чтобы швартоваться в очередном шлюзе.

Ну а на следующую ночь мы подошли к борту земснаряда, что на Оке, учалились. И отдав всё это великолепие Толику, отправились отдыхать, Толик развернулся и поплыл вверх по реке, сдавать земснаряд порту.

Плыли мы медленно, мало того, что лёд, да ещё квадратный и железобетонный земснаряд скорости не прибавлял. Так, навскидку три километра в час. Иногда в рубку заходил шкипер погреться и, налив гранёный стакан, отправлялся на своё хозяйство, стругать топориком досочки, которые он называл чёпиками. Они ему тогда очень пригодились. Обстругав колышек в виде конуса, он спускался в трюм земснаряда и молотком вбивал чёпик в место, где текла из дырки забортная вода.

Собственно говоря земснаряд потихоньку тонул. За то время, как мы доползли до Западного порта, шкипер вколотил в стенку борта сорок затычек, ну а уж сколько вёдер вычерпал, затрудняюсь ответить. Впрочем в Западном порту был сухой док и мы поставили земснаряд на ремонт. Теперь когда вижу на канале корочку льда, вспоминаю последний рейс в эту навигацию, вторую навигацию подряд на толкаче-буксире, флагмане Западного порта «Речной-69».

Взято из интернета

23.10.2021

Менеджеры

Часть 1

— Пожалуйста, присаживайтесь поудобнее, — молвил начальник, как только его подчинённые менеджеры переступили порог кабинета. — Не бойтесь, садитесь.

— А мы и не боимся, — последовал ответ.

Начальник, еле сдерживая ярость, пытался быть любезным и корректным со своими подчинёнными, поскольку менеджеры приходились ему родственниками, ведь он дал обещание их родителям удерживать ребят на работе и помогать им.

Молодые менеджеры уселись поудобнее в креслах и готовились услышать похвальбу в свой адрес. Они переглядывались друг с другом, поправляли галстуки и потирали свои ручонки в ожидании награды.

Один лишь начальник прохаживался вдоль офиса от одной стены к другой и судя по его лицу, он явно подбирал слова, а мягко сказать выражения.

— Ну вот к примеру ты! — указал начальник пальцем на одного из менеджеров. — Ты что за последнее время сделал по своей должности?

Менеджер встрепенулся, поправил галстук и вальяжно развалился в кресле, затем самовлюблённо произнёс:

— Я получил значок за первое место среди менеджеров среднего звена по корпоративным спортивным играм.

— А ты знаешь где мы работаем и чем занимаемся? — спросил начальник.

— Да так… А зачем мне это знать? У нас же всё-таки американская система, — подняв указательный палец, молвил менеджер.

Начальник после вышеупомянутой фразы побагровел лицом, ударил кулаком по столу, а затем выбежал в коридор, дабы в кровь не разбить лицо отроку.

Второй менеджер с уважением смотрел на первого. Он думал, что начальник из-за зависти побагровел и ударил по столу.

Начальник, громко и грубо матерясь, бегал по коридору, отматерившись, он выбил ногой дверь в своём кабинете.

— Идиоты! — заорал он. — Мы же не физкультурники, мы поставляем по России научное оборудование в крупнейшие лаборатории и кстати даже как-то умудряемся его производить.

Менеджеры глупо заулыбались, но не поняли из слов начальника ни одной фразы кроме «Идиоты».

— Ну почему вы отказали крупному учёному из Новосибирска в поставке оборудования? — начальник схватился за сердце.

— Это что? — услышав новое для себя слово, молвил первый менеджер среднего звена. — Это деревня какая-то наверное? Но зачем там нужно оборудование?

— А что мы что-то производим? — спросил второй менеджер.

Начальник устав от них, в бессилии упал в кресло и долго молчал.

— Новосибирск — это город учёных, — спустя некоторое время вяло сказал начальник. — Вы в школе наверное учились? Вы должны хотя бы знать элементарные познания по географии.

— Я отличник ЕГЭ! — гордо заявил первый менеджер. — У меня баллы.

— Получай балл и иди на карнавал, — грустно ответил начальник, он уже не понимал как с ними разговаривать.

— А что такое карнавал? — поинтересовался второй менеджер среднего звена.

— Карнавал — это когда идут по пустыне верблюды, — с умным видом произнёс первый менеджер, поправляя галстук, гордо смотря на второго, который с восхищением смотрел на него и поражался его познаниям.

Начальник закрыл глаза и попытался потерять сознание.

— Эх карнавал, там верблюды, — мечтательно и произнёс второй менеджер. — А где это находится?

— Кажется в Нью-Йорке или на Аляске, да какая разница, — первый менеджер чувствовал себя профессором и великим географом.

— Мы потеряли миллионы долларов из-за вас, — вяло молвил начальник, — к вам обратился очень крупный и солидный учёный, которому мы должны были помочь. Он долгими годами разрабатывал очень сложную систему, а вы ему отказали, — в бессилии положив руки на колени, прошептал начальник и потерял сознание.

А менеджеры вышли прогуляться в коридор.

— Могу ли я вам чем-то помочь, дедушка? — вежливо спросил первый менеджер.

— Сударь, извините меня пожалуйста, но я не хочу показаться наглецом, но обращаюсь к вам уже во второй раз.

— Вы из Новосибирска? — любезно проворковал менеджер.

После данной фразы профессор почувствовал себя идиотом и решил проверить своё мышление и здравый смысл.

— Молодой человек, — начал он, — известно ли вам, что Новосибирск является этакой научной лабораторией и занимает одно из первых мест в…

Менеджер, перебив учёного, начал допытываться где это чудо находится.

— По вашей широте он находится восточнее и как бы сказать севернее, — молвил учёный.

— Это как понять? — заявил менеджер, пытаясь сделать умное лицо.

— Ну то есть по широте и налево, — пытался объяснить профессор менеджеру.

— А что такое налево? — с удивлением поинтересовался менеджер.

Профессор впал в ступор, затем интеллигентный человек выбежал на улицу и начал орать неинтеллигентными словами ни капли не стесняясь в выражениях.

На лавочке спокойно пили водку два бомжа и услышав его бранные речи один произнёс другому:

— Слышь, Петрович, пойдём отсюда, здесь всякие ханурики матом ругаются, — и скрывшись в кустах, продолжили выпивать дальше.

После этого эпизода молодые мамаши разбежались в разные стороны от интеллигентного учёного, чтобы не слышать бранных ругательств профессора.

Менеджер смотрел в окно на происходящее и, слушая слова профессора, учил их и думал, что познаёт латынь.

Начальник менеджеров очнулся и первое, что донеслось до его слуха — матерщина, доносящаяся с улицы. Выглянув в окно, начальник с удивлением наблюдал за профессором, который бегал по палисаднику, рвал на себе волосы и, яростно жестикулируя, поносил менеджеров трёхаршинным слогом.

— Товарищ профессор, — заорал начальник, высунувшись по пояс в оконный проём, — зайдите пожалуйста в мой кабинет и не нервничайте так сильно. Мы с вами во всём случившимся должны разобраться мирно.

Профессор замер, затем огляделся и, увидев начальника, показал ему средний палец, затем грустно направился к входу конторы, безнадёжно опустив плечи.

Первый менеджер, почувствовав неладное, сгинул на склад, второй же как зачарованный, не прочувствовав ситуацию, смотрел из окна и любовался лепестками, которые росли на дубе или на берёзе, он толком не знал, что перед ним находится.

— Да какая разница, — бормотал менеджер, — а может это всё-таки пальма? — глядя на стройную берёзку, размышлял он.

— Ну как же так? — допытывался бледный и бедный профессор у начальника, переступив порог его кабинета. — Мы же с вами лично договаривались о поставке моего оборудования. Мы всей лабораторией давно уже мечтаем об этих технологиях на протяжении многих лет, мне очень скорбно ощущать тот факт, что моё детище может погибнуть. Я положил всю свою жизнь на разработку этой системы, а два ваших молодых человека решили загнать меня в могилу и остановить проект.

— Не волнуйтесь так сильно, просто произошла ошибка, — начальник чувствовал стыд за молодых раздолбаев, которые приходились ему племянниками, а самое главное чувствовал горечь за свою мягкотелость и доброту. У него было сильное чувство вины, что он не воспитал своих подопечных и не дал им элементарного образования.

— Идиотов ко мне! — рявкнул начальник в трубку телефона своей секретарше.

— Сейчас соберу всех в кучку и приведу к вам, — ответил ласковый женский голос.

Идиотами оказался весь отдел, но наших героев-менеджеров среди них не было.

— Да не этих идиотов! — закричал начальник. — Моих идиотов!

— Ваши племянники куда-то попрятались, — тихо сказала секретарша.

У профессора после услышанного случился разрыв сердца.

Первый менеджер, обнаружив на складе сухарики, молча грыз их, а второй как зачарованный смотрел в окно, любовался растениями, деревьями, его побегами и вспоминал как всё-таки это дерево называется.

Далее второй менеджер среднего звена увидел за окном падающего вниз начальника, смутно вспомнил о законе гравитации, поковырял в носу и задумался о смерти, а начальник лежал на асфальте и из-под него вытекала кровь.

Первый менеджер молча грыз сухарики на складе и пытался вспомнить чем их предприятие занимается. Вспомнив о своих обязанностях, он с глупой улыбкой произнёс:

— Менеджмент, — и спокойно продолжил грызть сухарики.

На утро начальник проснулся в холодном поту и заспешил собираться на свою любимую работу.

Часть 2

— Пожалуйста присаживайтесь вот в эти кресла, — попросил начальник, как только увидел двух молодых людей стоящих на пороге.

Испытывающе и оценивающе глядя на них, начальник продолжил разговор.

— Вы кажется ко мне по поводу собеседования пришли от Людмилы Григорьевны? — на что получил сначала ответ от первого менеджера.

— Да точно от неё, — менеджер нахмурился и поправился, строго глядя на начальство. — Не от неё, а по рекомендации финансового директора вашей и надеюсь нашей корпорации. Вот возьмите моё резюме, — и с этими словами менеджер профессиональным движением руки ловко вынул голубую папочку из аккуратного портфеля, после чего папка оказалась на столе начальника строго перед ним.

Начальник поднял удивлённо брови глядя на эти манипуляции и не решаясь открыть папку перевёл взгляд на второго менеджера, немного смутился, поскольку увидел очень строгий и холодный взгляд, который подобно рентгену, как казалось начальнику, просвечивал его душу. Не успев открыть рот, начальник получил спокойный и официозный ответ от второго менеджера.

— Не сколько по рекомендации любезной Людмилы Григорьевны, а скорее по протекции, — затем высокомерно посмотрев на первого менеджера, он демонстративно щёлкнул замком портфеля, извлёк из него синюю папочку и положил её поверх голубой.

Наступило неловкое молчание, оробевший начальник, открыл синюю папку и с благоговением начал изучать досье, преклоняясь перед столь умным, как ему казалось, молодым, перспективным специалистом.

— А вы знаете чем наше предприятие занимается? — вкрадчиво спросил он, обращаясь к обоим менеджерам.

— Ваше, а затем надеюсь наше предприятие занимается производством сверхточных установок, которые мы изготовляем по заказам крупнейших научных фирм, — отчеканил первый менеджер. — Наша обязанность — это мониторинг отдельных регионов, подготовка к подписанию контрактов и как финал лоббирование отправки оборудования до адреса получателя и возможность оформления нового договора, который подразумевает собой новый заказ для нашего предприятия, которое при повторном обращении к нам должно получить определённое количество бонусов и определённую систему скидок.

После его слов начальник отложил в сторону папку второго менеджера, принялся было изучать резюме первого и снова наступило неловкое молчание. Начальник понимал лишь одно, что ничего не понимает, но чувствовал преклонение перед молодым человеком.

Второй менеджер высокомерно и холодно глядя на первого произнёс:

— Не сколько лоббирование, а контроль за безопасную доставку приборов и внесение в соответствующую документацию фазы перевозки миллионного груза и при отклонении от норм, возможность возместить компенсацию.

У начальника закружилась голова от данной тирады и он, отложив в сторону вторую папку, опять схватился за первую.

После минутной паузы начальник спросил у них на какую зарплату они рассчитывают и какие цели преследуют, работая на данном предприятии, на что получил следующие ответы.

— Меня интересует хорошая зарплата достойная профессионала моего уровня, бонусы, корпоративный фитнес, — ответил первый менеджер.

Второй менеджер, посмотрев снисходительно на первого, ответил:

— Бонусы мне ни к чему, для меня важно не бренное, мелочное, а только карьерный рост и быстрое продвижение вверх по иерархической лестнице. Да кстати, а в котором часу у нас начинается бизнес-ланч?

Начальник встрепенулся, посмотрел на настенные часы, которые показывали полдень и произнёс:

— Для вас господа он начинается с двенадцати часов, — и замолчал.

— Ответ не верен, — строго глядя на начальника, произнёс второй, — нужно указать продолжительность нашего питания.

— Да полчаса, — брякнул невпопад начальник.

— Ответ некорректен, — молвил первый, — это как понять? Сейчас уже пять минут первого, а приём пищи ровно тридцать минут — это должно означать: «а» — приступить к работе в двенадцать часов тридцать пять минут, «в» — заступить на пост в двенадцать часов тридцать минут, таким образом нарушив временной промежуток приёма бизнес-ланча и «с», — с негодованием произнёс он, — вы задержали нас на целых пять минут, чем нарушили корпоративную дисциплину и мы не можем уже определиться со временем, тем самым нарушая свой собственный режим работы.

Начальник развёл руками, а молодые люди встали со своих мест и вышли из кабинета, строго по порядку, как собственно говоря и вошли: сначала голубая папка, затем синяя.

— Андроиды какие-то, — пробормотал начальник, — но это мне и нравится, — затем, встав из-за стола, засуетился над заварочным чайником, произвёл определённые ритуалы с ним, достал из портфеля бутерброды, завёрнутые в газетный лист и вышел в коридор.

Подходя к концу коридора и желая омовить руки перед трапезой, начальник наткнулся взглядом на две одинаковые вязаные шапочки, виднеющиеся из-за спинок кресел, ускорил шаг, но опоздал.

— Дядя, — подбежали к нему двое юношей, — привет от мамы. Так вы примете нас на работу? — сыпались на начальника слова племянников, которые то вместе, то перебивая друг друга искали у него трудоустройства.

Начальник брезгливо посмотрел на вязаные шапочки, жалкие фигурки племянников, вспомнил своих андроидов и пинками под зад выгнал обоих фигляров вон.

Проходили своим чередом дни, начальник готовился к встрече с представителем Екатеринбургского научно-исследовательского института, проверял производство, подписывал документацию. Первые несколько дней за ним по пятам следовали менеджеры, записывая что-то в свои блокнотики, но они со временем уединились в кабинете, принесли в него доску, маркеры и принялись вырисовывать какие-то диаграммы, тихо перешёптываясь друг с другом. Иногда в кабинет приходил начальник, пил чай и заворожёно смотрел на непонятные чёрточки на доске и непонятные слова менеджеров, затем, допив чай, выходил из кабинета и направлялся то в производственный цех, то к инженерам и техникам, иногда обращался в плановый отдел, по дороге не забывая занести тортик в бухгалтерию, чтобы те вовремя провели документы и начислили зарплату сотрудникам.

Заходя в отдел развития предприятия, он уже по обыкновению с ужасом смотрел в календарь вывешенный на стене, на котором жирным красным кружком была обозначена дата, определяющая судьбы людей. Возвращался в кабинет, смотрел на менеджеров и, ничего не понимая в их схемах, не вникая, слепо верил им.

Глядя на потрёпанного, взлохмаченного, неряшливо одетого начальника, менеджеры ухмыльнулись и отобрали у него стол и кресло. Начальник не возражал. Иногда спрашивал у них как идёт работа, на что получал следующее:

— Инвестиционный фонд, который показан на данной линии шкалы определяет показатель… — не дослушав до конца, начальник срывался с места и бежал далее хлопотать по делам производства.

И вот наконец настал день «икс».

Начальник собрал работников отделов в большом зале с овальным, длинным столом, произвёл небольшой инструктаж с ними и ожидал прибытия представителя НИИ.

Со стороны улицы резко скрипнули тормоза и послышался стук захлопывающейся дверцы автомобиля, у начальника всё похолодело внутри, пальцы скрючились в судороге, но он с надеждой и подобострастием смотрел на своих двух менеджеров. Тихо открылась дверь и секретарша ввела в кабинет высокопоставленного гостя.

Все поднялись со своих мест и поздоровались с представителем, которому отвели почётное место на другом конце стола напротив начальника, установили флажок с гербом и гость благосклонно готовился выслушать каждого из ораторов.

Первым выступил начальник планового отдела, где в подробностях описал все фазы производства, начиная с подписания контракта и заканчивая доставкой на склад.

Следующим выступил инженер-технолог, который с помощью плакатов, в увлекательной, полушутливой форме повествовал о новейших технологиях производства приборов, не забывая отметить высокое мастерство своих специалистов.

Далее выступали экономисты, статисты, начальники отделов, что-то доказывая и показывая на пособиях, дабы угодить гостю. Начальник же ничего не слыша, с улыбкой кивал докладчикам, с нетерпением ожидая развязки и подписания нужного контракта.

Наконец-то дошла очередь до менеджеров, которые докладывали последними. Начальник скрестил пальцы на обеих руках, побледнел и, одновременно порадовавшись, превратился в слух.

Первый менеджер прислонил к стене непонятную дощечку с графиками, второй же взяв в руку указку начал доклад.

— Вот эта линия, — ткнул он указкой на зелёный график, — указывает на риск инвестиций нашего предприятия.

— Вот эта линия, — ткнул на красный график, — степень риска связанный с подписанием контракта из Екатеринбурга и вы сможете заметить, что при нашем аналитическом подсчёте она выше зелёной. Из данного графика вырисовывается жёлтая линия «Тайм-аут» из которой следует, что надо менять заказчика и отказаться от Екатеринбургского партнёра.

— Вот эта линия, — ткнул он указкой на жирный график, — неустойка, которую мы должны в этом случае выплатить филиалу, но спасает нас эта серая линия, из-за которой мы вынуждены отменить ту возможность, которая поможет при судебных разбирательствах выйти нам сухими из воды.

— Продав наше предприятие, — повествовал он, — ну скажем НПО «Антей». Да, мы больше не будем заниматься этим делом, но… По моим аналитическим подсчётам не только «Антей», но и любое НПО… — он не закончил фразы, потому что высокопоставленный гость резко встал из-за стола и вышел вон хлопнув дверью.

Менеджеры обиженно пожали плечами, брезгливо оглядели коллег, сообщили начальнику, что он самодур и совсем не верит в святые азы маркетинговых исследований, не понимает ничего в современном бизнесе, где главное должно быть отображено на бумагах и графиках, инвестициях, ценных бумагах и так далее. Под конец, обозвав сотрудников деревенщиной, менеджеры забрали с собой непонятную дощечку и с гордо поднятой головой вышли из кабинета.