Десять лет странствий
Величайший обман

Михаил Ка…

ISBN 978-5-4483-9185-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Знаете, я не хочу менять не строчки, не предложения, хотя знаю, вижу ошибки! Может это прозвучит как оправдание, но от первых глав должно стать больно, трудно, и сделав их иными, вы ее не почувствуете, а я изменю себе. Быть может это прозвучит как оправдание?

Глава 1 5—15

Что самое плохое с вами случалось в жизни? Трудный вопрос, не правда ли может, это отказ любимого человека, когда вы признаетесь ему в своих чувствах; или же это смерть кого-то близкого вам, невозможность заниматься делом всей жизни, получить работу которую вы всегда хотели. Немалый список, но что если все это с вами по какой-то причине произошло, и вы в одночасье лишились всего. Вы скажете, что я спятил, и произойти всего из выше сказанного просто невозможно, да я бы с вами согласился еще вчера, но со мной случилось именно это все.

Космос по определению, это относительно пустые участки Вселенной, которые лежат вне границ атмосфер небесных тел. Сухое определение, не дающее практически ни какого человеческого представления о нем. Вы не задумывались, что для понятия сути предмета, явления, или свойства какого-либо объекта человеку нужен непосредственный контакт с этим предметом, явлением, или свойством. Так уж устроен человеческий мозг. Так что ответить на вопрос, что такое на самом деле космос могут лишь те, кто в нем побывали, и самое плохое в этой ситуации, что я один из них.

Что испытывает человек в момент пробуждение? Все зависит от ряда причин, факторов таких как: настроение, физическая и психологическая состояние человека, ожидание следующего дня, что он будет лучше предыдущего, но самое главное это сны, которые нам снятся. Сны – это естественный физиологический процесс пребывания в состоянии с минимальным уровнем мозговой деятельности и пониженной реакцией на окружающий мир, присущий млекопитающим, птицам, рыбам и некоторым другим животным, в том числе насекомым. То есть сон это пребывание нашего разума в подсознании, когда он обрабатывает информацию о прошлом, настоящем, будущем. Ведь задумайтесь, чаще всего мы мечтаем именно во сне, причем делаем это бессознательно, от этого мы не можем вмешиваться в происходящее во сне. Наше подсознание отвечает нам на вопросы, которые мы сами задаем себе, но не можем ответить, либо боимся ответа. Так что, просыпаясь, мы не осознано уже сами настроились на грядущий день.

В тот день я видел сон настолько страшный и нереальный, что проснувшись, я все еще думал что сплю. Так что можно сказать, что я пережил это дважды.

Штука, в которой я пришел в сознания, напоминала гроб, только с той разницей, что смерть смотрела не на меня, а со мной. С начала я даже не поверил, что нахожусь в космосе. Капсула была прямоугольной формы с закруглёнными краями, передняя часть была прозрачной с моей стороны, не знаю было это сделано специально или для того, что бы я видел, что случится дальше. Она, по какой-то причине не двигалась, а лишь понемногу отдалялась от Земли, так что я мог видеть родной дом в последние минуты его существования.

Чувство одиночества и обречённости возникло в момент осознания, того что это реальность, но оно было недолгим. Я смотрел на Землю, представляя, что там все хорошо, воображать, что все лучше, чем на самом деле намного легче, когда смотришь на мир, находясь внутри него и зная его пороки. Смотря на сферу, парящую в черной бездне, которую озарят лишь свет далеких звезд и отблески летящий комет, воображение легко рисует радужные картинки происходящего. Это был способ уйти от реальности, в которой я находился, к сожалению ненадолго.

Не знаю, сколько прошло времени с момента моего пробуждения, но по какой-то нелепой причине я помню время, когда все началось. На часах было ровно 5—15, не знаю утра или вечера, да и какая разница. Они были сломаны, стекло отделявшее циферблат, от внешнего мира было расколото. Секундная стрелка застыла на месте, в попытке отсчитать еще одно мгновения. Вспышка, с которой все началось, находилась с задней стороны Земли, я видел лишь ореол озаривший землю, чем то напоминающее солнечное затмение. Это напоминало дурной сон, бред сумасшедшего сбывающегося у меня на глазах.

При взрыве бомбы кокой-бы мощности она не была, происходит несколько вещей. Первое разрушения отваливаются куски скалистой породы при взрыве внутри шахт, ли обрушиваются здания при их подрыве. Второе поднимается столб пыли загораживающей обзор, так что невозможно увидеть результат действий подрыва заряда. Третье ударная волна, благодаря которой разносится пыль, и разлетаются куски подорванной поверхности. Четвертое сам звук взрыва оглушающий, деморализующий. Да звук идет, перевей всего, ты его слышишь и понимаешь, что-то взорвалось. Его то и не было, так как звук не может, распространяются в вакууме, а космическое пространство и есть вакуум. Знаете, во многих научно фантастических фильмах показывали, как что-то происходит в космосе, взрывается Звезда Смерти с взрывом, оглушающим и озаряющим пол космоса, но на самом деле планета умирает не так. Я видел, как ореол опоясал Землю, в момент вспышки он был ярко красным, но потом сменился на темно-синий, он начал сжимать Землю как питон сжимает свою жертву пока та не перестанет дышать. Так и произошло планета остановилась, синего на шаре в кокой-то момент стало больше и произошёл взрыв, но не было звука оглушившего или разорвавшего барабанные перепонки. Я видел, как огромные куски земной коры откалываются от сферы и плавно удаляются друг от друга. Событие длилось несколько секунд, но для меня оно длилось несколько минут. Как если все это происходило в замедленной съемке. Мой дом умирал тихо и без звучно, синий отблеск потух спустя мгновения после того как Земля стала рассыпаться, словно он и был душой планеты и без нее невозможно и ее существования. Вслед за отблеском последовала волна, унёсшая меня далеко от дома, или вернее сказать от места, где он когда-то был.

Глава 2 Оттенки темноты

Находясь в темном помещении, даже если мы боимся темноты, или замкнутого пространства мы не паникуем. Хоть нам кажется, что мы одни, мы слышим шорохи, возню, наши глаза привыкают к тьме, и она не кажется, такой уж однотонной, мы видим очертания предметов, разделяем черный свет на его оттенки. Мы знаем, что свет кто-нибудь включит, дверь, которая захлопнулась перед нами, ее кто-нибудь откроет. Ведь даже находясь в одиночестве, мы не одни, где то там кипит жизнь, люди снуют как муравьи: работают, учатся, влюбляются – в общем, живут. И осознание того, что ты не один предает тебе сил.

Космический гроб, в котором я находился, отнесло взрывом на расстояние, при котором я уже не видел остатки планеты, и даже не знал где, я нахожусь, хотя это и не имело значения. Во время полета капсулу крутило и вертело, но я этого не замечал, в начальный момент чувства будто отключились не было ничего: не страха, ни радости… Будто бы я в какой-то момент времени перестал быть собой. Длилось это не долго, как будто разряд, прошедший через мое тело вернул все назад, но я не обрадовался этому возвращению. Все то, что испытывает человек, вернулось в одночасье, все эмоции захлестнули меня, и я буквально утонул в них. Все чувства, страхи, будто ингредиенты в коктейльном напитке смешались, с той лишь разницей, что я выступал в качестве этой емкости, как блендер кромсающий все это, и клиента для которого готовится вся эта жуткая смесь.

Это состояние продлилось не долго, постепенно я стал разбирать коктейль в своей голове и понимать, что произошло, благо делать кроме этого было нечего, да и умирать с сумбуром в разуме не хотелось. Не знаю как но мне удалось успокоиться, и несмотря на произошедшее сохранить рассудок. В тот момент мне даже показалось это забавным, в некотором смысле смешным «Человек переживший апокалипсис, случившийся у него на глазах, еще и сохранивший рассудок». Да это был единственный смешной момент в последующие два дня. Наведя порядок в голове, на что у меня потребовалось день, я это заметил благодаря тому, что на запястье находились часы с календарем. Я задал себя наиболее логичные, как мне показалось вопросы в моей ситуации: « Как именно я попал в это долбанный ящик?» – и второй, – «Что именно я видел?».

Для ответа на первый пришлось вспомнить, что вообще случилось со мной, это оказалось труднее, чем я думал. Разум буквально сопротивлялся каждому факту из дня предыдущему Событию, хотя факты 10 летней давности всплывали с небывалой лёгкостью, я буквально помнил каждый шаг, секунду своей жизни кроме 24 часов перед Взрывом. В этот момент мне и показалось, что что-то не так. Как сильно я не пытался вспомнить, что случилось в эти сутки, и каким образом я очутился в капсуле, у меня ничего не получалось. Будто кто-то намеренно скрыл от меня произошедшее.

Осознав, что копанием в памяти не прольёт на это свет, я решил разобраться с другим вопросом: «То, что я не помню, может быть связано с тем, что я видел?» – да и заняться кроме этого было нечем. Событие – так я назвал, произошедший взрыв планеты запечатлелось у меня в голове покадрово, как картинки с фотоаппарата, с той лишь разницей, что объектив не передает объемную картину произошедшего. Фактически я выстроил у себя в голове 3Д картинку взрыва и начал искать ответы на вопросы.

Сначала меня привлек тот факт что вспышка, после которой произошло опоясывание, произошла со стороны недоступной моему взору. Так же, что зарево как-бы окутало Землю, то есть синий свет шел не от поверхности, он словно спустился на нее. Еще одним из моментов стал взрыв, в момент окутывания синим поясом одна из звезд исчезла. Дальнейшее копание дало еще ряд вопросов по произошедшему, на которые при всем желании я бы не ответил. Мое пребывание в глубинах разума было прервано, каким-то ощущением, по иронии я его уже испытывал, только это чувство, можно сказать предчувствие, в момент События только на этот раз оно было намного сильнее. Как впоследствии выясниться именно благодаря ему я остался в живых.

Пока я пребывал в раздумья обо всем произошедшем, а так же мыслях о своей неминуемой кончине. Не много вдалеке, конечно по космическим меркам, летело мое спасение.

Чувство, вернувшее меня в реальность, словно удар тока пронзило все тело, и как будто зарядило все клетки моего тела, я будто очнулся не ото сна, от всех тех мыслей, которые преследовали меня. За ним последовала радость, тогда мне показалось это ироничным, чему можно радоваться в моей ситуации, и положению в котором находишься. Не осознано мое подсознание говорило мне, что все будет хорошо.

Глава 3 Лучший друг

Корабль плыл в открытом космосе. Свет падал, на его обшивку чуть заметно отражался, так что различить форму было трудно. Пластины, составлявшие его обшивку, словно чешуя рыбы покрывала практически весь корабль. По краям судна виднелись два синих огонька, словно свечки освещающих темную комнату. Можно сказать, что именно благодаря именно этому свету и был виден корабль.

Судно сблизилось с моим пристанищем и приняло меня на борт. Я очнулся дезориентированным на корабле в комнате залитой ярким белым светом. Существо меня спасшее, я не мог с начало разглядеть из-за яркого света бившего мне прямо в глаза. Я лежал на столе, руки мои были привязаны, вокруг были разные медицинские приспособления, так что то, что последовало дальше, было вполне оправданно.

Я попытался встать, но у меня ничего не получилось, какая-та сила, будто удерживала меня на месте. Существо, стоявшее в углу комнаты, стало медленно приближаться ко мне.

– Кто ты? – спросил я. Существо не ответило на мой вопрос, все ближе и ближе приближалось. Это были первые произнесенные мной слова с момента кончины человечества. Эти два маленьких слова наполнили меня жизнью, и я вернулся.

Сила, удержавшая меня на столе, отступила и я встал. Комната начина дрожать по швам.

– Кто ты, мать твою, – глаза мои наполнились яростью, а тело налилось огромной энергией. Все предметы, находившиеся в комнате поднялись со своих мест, и были направлены в строну белого силуэта.

– Кто ты? – Кто ты?, – я пошел навстречу свету. Подойдя чуть ближе белое сияние, отлетело от меня, точнее я швырнул его в угол, из которого оно вышло. Комнату продолжало трясти, все предметы, все так же висели в воздухе и хаотично летали по помещению.

Мой противник был «прибит» к стенке, я подошел к нему. Сияние окружающее его все так же ослепляло, так что было невозможно разглядеть моего оппонента.

– Кто ты? – он поднял руки верх, сияние начало отступать и передо мной возникло, то, что я никак не мог ожидать.

– Удивлен?, – сказал мой спаситель. Существо, представшее передо мной, было не кем иным как человек, почти. Можно сказать такого представитель вы бы даже не узнали в толпе, если на нем были бы солнечные очки. Правда глаза его отличались у него зрачок был синим, то есть, можно сказать, белое на синем. Я отпустил его, и сразу комната пришла в порядок все предметы вернулись на места, на которых они находились.

Я все-таки хотел узнать ответ на свой вопрос, – Кто ты? – Меня зовут Карас, и я не совсем человек, – сказал он.– Карас и кто же ты, и что ты со мной сделал? – задал я вопрос. Карас, – на первый вопрос ответить в двух словах не получиться. Я, – а на второй? Тот, – все очень просто ничего. – Что? – Тогда что тут произошло. Ты хочешь сказать, что это сделал я. Это невозможно, – сказал я, отходя в сторону от своего собеседника. – Ты стал свидетелем гибели планеты, так что рамки не возможного, должны расшириться, – начиная ходить кругами как и я. Может, успокоишься и я отвечу на твои вопросы. – Ладно, ответил я, – что здесь происходит, и где я. Сказал я с некоторой улыбкой. – Ты находишься на корабле «Erue», я пришел на твой зов. Сказал Карас сажать в кресло, стоявшее в углу комнаты. – Спаситель – оригинально, – на моем лице вновь возникла легкая улыбка. Я сель в кресло, стоявшее напротив кресла, в котором сидел Карас. – Что означает я пришел на твой зов, я никого не звал, -промолвил я.

– Этот вопрос связан с теми: кто ты, что тут произошло, и кто я, и что случилось во время взрыва. Если ты хочешь получить на них ответы, то нам надо продолжить этот разговор в другом месте. А не в разгромленном тобой медицинском отсеке. Скрестив руки и улыбнувшись, произнес он.– Как я тебе могу верить, -спросил я. Карас, – я тебя забрал из открытого космоса, для начала этого должно хватить, тем более других вариантов у тебя нет. Я отвел глаза, посмотрел на ухмыляющегося собеседника, и понимая, что выбора у меня нет сказа. – И где мы продолжим нашу беседу. – Прошу следовать за мной, – произнес мой таинственный спаситель.

Мы вышли из мед отсека, точнее из того что от него осталось. Хотя он и сказал, что разговор мы продолжим в другом месте любопытство, и мое нетерпение узнать, что это за место и вообще что происходит, взяло бы верх. Если бы не помещения, которые я увидел, проходя по дороге к месту беседы. Коридор, по которому мы шли, был достаточно широкий с огромными дверьми, открывавшимися наверх при приближении к ним. Корабль изобиловал разными помещениями о назначениях, которых можно было только догадываться. Из одних виднелись, огромны провода, воткнутые во что-то напоминающее сервер. В других были жилые отсеки, но что странно не в одном я не видел хоть какого-то признака жизни. Или же жильцы в них были настолько чистоплотными, что даже пылинки не было ни на единой поверхности. Не знаю, почему, но это меня не сильно удивило, а своему собеседнику я по какой-то неизвестной причине доверял, и знал, что он не причинит мне зла. В конечном итоге удивить меня после произошедшего несколькими днями ранее, было невозможно. Что самое смешное эта уверенность, будет преследовать меня еще долгое время пока, картинка случившихся событий не поменяет свой ракурс.

После непродолжительной прогулки по кораблю и осмотру местных достопримечательности, мы пришли на мостик. Представшее напоминало всю научную фантастику, которую я читал и видел в своей жизни.

– Садись, – произнес Карас, садясь в кресло стоящее рядом с главной панелью, на которой был прочерчен маршрут дальнейшего следования корабля. – Все наши беседы будут происходить сидя в кресле? Произнёс я с некоторой издевкой и иронией, прислонившись к пульту, стоявшему напротив. – Все зависит от разговора, а это будет долог и информативен. Произнес синеглазый инопланетянин, удобно устроившись в кресле и, с видом будто будет объяснять школьнику высшую математику. – Я все же пока постою. – Дело твое, произнес Карас начал свой монолог.

Голос Караса окутал помещение, и казалось его слова преобразовываться в образы прямо в воздухе, будто я находился в театральной постановке, но не был героем пьес, а лишь зрителем, с той лишь разницей, что мог смотреть с любого ракурса на происходящие события. А картина представшая перед мной оказалась да более знакомой, словно присутствовал при них, но все же об всем по порядку.

Карас: – Я был рожден на такой же планете, что и твоя, на удивление быт и реальность в которых шли мое взросление и существование были идентичные твоей. Как это может быть, – произнес я? Привставая с уступа, на который я опирался. – С начала выслушай мой рассказ, ответы будут в нем, – произнес Карас с невозмутимым лицом, едва скрывая улыбку, снова озарившее его лицо. – Ну что же я продолжу. Мир практически ни чем не отличался от того, который ты знал и видел каждый день. – Детство, юность, становление. Карас рассказал буквально пару деталей, предложений, но я буквально прожил это время вместе ним, наблюдая за его поступками, будто я находился там, и это мир не казался мне чуждым и инородным.

– Ты уже знаешь меня и мою жизнь, – сказал Карас быстро поднял руку, показывая жестом, что не стоит задавать вопрос, на который будет получен ответ дальше. – И теперь мы подходим к самому интересному к событию. Рассказ Караса прервался его взор пал на меня, образы секунду назад витавшие в воздухе рассеялись. И Карас произнес: – Я видел гибель своего мира, как и ты! И образы вновь возникли, но это были уже не те тени окутывающие меня раньше. – Я видел, как планета раскололась, видел синий отблеск, такой же, как тогда, смотрел на корабли, уплывающие в черную пустоту. – Мой дом был под номером 26, твой 27, я это выяснил через 126 лет пояска, у меня нет ответов на многие вопросы, но на некоторые все же ответить смогу. – Я не знаю, что случилось тогда с моим миром, так же как и не знаю, что произошло с твоим, но не надо быть гением, что бы понять, что это звенья одной цепи.– Кто они и какие цели преследуют? Произнес Карас, опережая повисший было в воздухе вопрос. – За долгие годы поиска я так и не разгадал эту загадку, но кое-что все же нашел. Карас встал с кресла и подошел к пульту управления кораблем. Нажав пару кнопок, из пола поднялась что-то на подобия интерактивной доски, на которой было выведена огромное количество информации.

– Что это? Произнес я, начиная медленно приближаться и всматриваться. – Ответы, – произнес Карас медленно отходя от пульта управления, и приближаясь к доске возникшей из пола. – Ты хотел узнать, кто ты и что здесь твориться, так вот. Карас подошел к доске, взмахом руки, он открыл файл и начал объяснять. Файл представлял собой две цепочки ДНК. Карас поднял руку и указал на картинку. – Что мне это должно объяснить? произнес я. – Твою суть и то кем ты являешься, – сказал собеседник. – Это две цепочки ДНК твоя и моя, и вот что самое интересное, – Карас скрестил руки и изображение слилось в едино. – Они идентичны. – Знаешь, это не объясняет, комнату с летающими предметами.

– Как раз именно это все и объясняет. – Ты изначально имел ряд возможностей, только не знал, как ими пользоваться, точнее они были заблокированы.– Увиденное тобой, оказало сильнейший психический удар, и ограничительные барьеры пали. На лице Караса вновь возникла улыбка, глаза прищурились, и с легкой иронией он произнес. – Проще говоря, ты проснулся от спячки, в которой находился всю свою жизнь.

– Предположим, что я поверю во все это то, что я какой-то телекинетик, что ли. – Даже не знавший о своих способностях, тогда и все люди такие? – Но почему-то на Земле сверхлюдей не было видно? Произнес я и взглядом оказывающим недоверие, посмотрел на Караса и на комнату оценивая обстановку. Карас снова усмехнулся, казалось, что ему уже наскучил наш диалог, но, не показывая вида он ответил и на этот вопрос. – Для проявления своей сути нужен «стимул», у тебя это СОБЫТИЕ, в повседневной обстановке не возможно испытать тот спектр эмоций, плюс как я сказал их заблокировали и контролировали, на протяжении всей жизни. – Когда твой мир был уничтожен, барьеры пали. – Но что стало главным фактором – нельзя сказать. – Ты хочешь сказать, что в нас покопались и отключили некоторый функционал? Произнеся это в вслух, мне не показались это таким уж бредом. Карас: – Мы смотрим и понимаем мир, опираясь на свое мировоззрение, ощущения, понимая как он функционирует, но стоит поменять одну деталь как стройная картина мира разрушиться. – Здесь не подействует принцип, отбрось все невозможное и ответ проявиться. Можно сказать, ты оказался в научно-фантастическом романе, где возможно все.– Так что да в тебе покопались. – Ты задаешь не правильные вопросы. – Правильные вопросы. – Это кто, и зачем это сделал?

После последних произнесенных слов Караса, дававших пищу размышлений возникло больше вопросов, чем было получено ответов.

– Но ты единственный кто, запинаясь и дрожащим голосом произнес Карас, … Произнеся это Карас изменился, он уже не производил впечатления таинственного «человека», а измученного долгими поисками путника, который не нашёл ничего, но поиски отобрали много сил. Он сидел в кресле будто история, которую он рассказал, репетировалась не раз, но на самом спектакле что-то произошло и монолог стал другим, чувства зашкалили и комедия превратилась в драму.

– Дезмонд, зови меня, так произнес я, подходя к креслу и протягивая руку. Взгляд Караса переменился, грусть, заполняющая его глаза, начала потихоньку уходить. – Это ведь не твое настоящее имя, спросил Карас. – Настоящее погибло вмести с моим домом, не зачем напоминать себе лишний раз о том, что я и ты пережили. Может потом имя вернется, приободрённо, вставая с кресла, произнес Карас. Настроение на палубе переменилось, там уже не было человека, недавно пережившего конец света, и «человека» измученного долгими поясками ответов.

Черный космос, пустота, далеко идет свет от звезд, ярчайших светил, сильный и тусклый, он отражается от обшивки корабля освещая его отблесками. На палубе этого объекта стоят две неподвижные фигуры, они не разговариваю, стоят неподвижно уже какое-то время, кажется, что мир замер, хотя понятие мира стало намного шире, чем было. Вот одна из фигур пришла в движение, сделав несколько шагов к стоявшему столу посередине. На столе были выведены файлы с различной информацией, можно было свободно манипулировать данными. – Это все что у тебя имеется, – произнес Дезмонд. Не совсем это лишь информация, для установления контакта с вами. С нами? поворачивая голову, что ты имеешь в виду «С НАМИ?» Капсула в которой ты находился, это часть большого корабля, а то, что она явно была выдрана, позволит мне отследить его. Что собственно сейчас происходит. Я стоял, рассматривал файлы, которые дал Карас, но меня не покидало ощущения, что что-то тут не так, я не спрашивал, но с каждым просмотренным файлом вопросов становилось больше чем ответов. Как за все свое скитание Карас не узнал кто он, как ник-то не узнал о взрыве планеты, и если тем, кто это сделал, были не нужны эти представители вида, то зачем создавать колонии… Вопросы копились, а ответов в файлов не было, или Карас не хотел, что бы я их получал. Свои опасения я решил пока поставить на паузу. Во время моих душевных терзания в поисках ответов, Карас сидел в кресле за пультом похожем на доску, и прокладывал маршрут.

Прошёл час, или два за временем трудно следить, когда твой главный критерий, это свет, часы у меня на руке показывали все те же 5—15, словно насмехаясь надо мной. Но календарь провернул день, он еще работал, время исчезло из моей жизни, но дни – они остались. Мое познания себя прервал Карас. – Есть! Вскинув руки, вверх обрадовался синеглазый дальний родственник. – Я полагаю это означает, что ты нашел его. Значит теперь, сможешь ответить на вопросы мои. – Там все есть, вставая с кресла, – произнес Карас. Капитан стал двигаться к выходу. – Вопросы не по файлам, а про тебя Синеглазка, – с улыбкой произнес я. Карас остановился, не дойдя до выхода с мостика нескольких шагов. Этот момент мне напомнил стычку в мед блоке, только с той-лишь разницей, что предметы полетели в меня. – Эй, хорош уже, понял, что называть тебя так было не правильно. Уклоняясь от предметов и пытаясь не получить прокричал Дезмонд. – Хорош, подняв руку, сказал я, и все предметы вмиг застыли в воздухе, – поговорим только без всего этого.