Сорок третий. Высота

«Я приехал в Прохоровку снять рассвет. А снял ад». Двести снимков. И одна надежда — что овраг, который его сюда перенёс, откроется снова. Он навсегда останется тем, кто видел Прохоровку, но не мог помочь.