Безумные истории моей жизни

Женщина вне правил

Лера Конрад

Корректор Ирина Суздалева

Фотограф Oliver Duke

Иллюстрации ChatGPT

ISBN 978-5-0070-4397-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Книга-путешествие

✧ «Безумные истории моей жизни» ✧

✧ Женщина вне правил ✧

Наследие для моей дочери Ланы Конрад, когда она вырастет,

напутствие для всех детей, которым его не сделали их мамы

⠀

Хоть эта книга и посвящается детям, потому что в каждом из нас живёт ребёнок, написана она, конечно, для взрослых. Почти каждый из нас является или станет родителем, которому эта книга сможет помочь посмотреть на себя и на своё сокровище с любовью и сказать: «Ты всё сделал правильно».

⠀

18+

⠀

Эта книга является художественным автобиографическим произведением. Все персонажи и события представлены в переработанном, символическом и обобщённом виде. Любые совпадения с реальными людьми или ситуациями являются случайными.

Книга не является политическим, религиозным или медицинским высказыванием.

Дорогая моя девочка, живи неудержимо!

Иди туда, где страшно!

Не бойся творить глупости, не думай о том, что скажут другие.

И самое главное — помни: нет ничего невозможного!

Пишу эти строки после совершения очередного необыкновенного волшебства в моей жизни. Возможно, жизнь развернётся сейчас в новом направлении. Я чувствую себя как минимум Властелином мира, хотя у меня нет ни денег, ни статуса, ни прочного положения в жизни. Нет даже соратников и союзников. Но есть моё Божественное начало, есть мама и есть ты — корень и продолжение. И мне есть что сказать моему продолжению и есть что оставить в наследство — мои знания, умения, бесстрашие и способность мыслить свободно и без шаблонов, которые на нас столь скрупулёзно навешивает общество.

Если у тебя есть цель, то ты её добьёшься, какой бы невероятной она ни была. Потому что у тебя есть мои гены — гены волшебниц и магов, кельтов и друидов, верховных жриц и Богов верхнего и нижнего миров. Все они — наши помощники, наши неустанные сопроводители и наша надёжная защита.

А главное, мы сильные люди с горящими сердцами, высоким Духом, многоплановым интеллектом и несломляемой волей, как я и твои бабушка и дедушка.

Пролог

Я всегда была очень странным ребёнком — неуверенным, запуганным, тихим, самой в себе, всегда последней в любых мероприятиях, стыдящейся саму себя за свою потерянность в этом мире. Все мои немногочисленные подружки были в 100 раз лучше меня: красивые, озорные, спортивные, весёлые, живые, талантливые. Мои родители восхищались ими и ставили мне в пример, а я чувствовала себя просто никем по сравнению с ними.

Только сейчас я начинаю понимать, что мне было очень неуютно в нашем грубом материальном мире, потому что я очень высокочувствительный человек, чувствую больше, чем другие, воспринимаю мир гораздо глубже, вижу себя и других со стороны. Но тогда это было бичом моей жизни, потому что я просто не вписывалась в нормальное общество. Как, впрочем, не вписываюсь и сейчас. Но уже и по другим причинам.

Когда мне было 7 лет, я попросила маму: «Мама, я хочу быть ведьмой. Найди, пожалуйста, для меня учителя».

Мама только улыбнулась и не восприняла всерьёз мои слова. Но учитель нашёлся. Им стал Сергей Кладов — учитель по карате, который довольно часто появлялся в нашем доме. Занимаясь боевым искусством, он изучал законы энергии на практике и показывал мне кое-какие приёмы. Это был человек из двух миров. По его квартире бесшумно скользили призраки-двойники Сергея, или так называемые энергетические дубли, которые он создавал для развлечения. Он показывал мне технику ударов карате, объясняя при этом, как управлять энергией. Многое из его длинных объяснений я тогда не понимала, но внимательно слушала.

Все люди приходят в нашу жизнь не случайно. Некоторые появляются на короткое время, оставляют едва заметный след и исчезают, а потом спустя десятилетия ты вдруг понимаешь: именно они открыли дверь, в которую ты вошла навсегда.

Сергей стал для меня таким человеком.

Мне всегда казалось, что за привычной реальностью скрывается что-то ещё — невидимое, загадочное, живое. И он не смеялся над этими ощущениями. Наоборот, Сергей говорил со мной так, словно всё это существовало на самом деле.

Он учил меня не только карате. Он рассказывал об энергии, о внимании, о силе мысли. Сергей показывал, что человек гораздо больше своего тела, а мир гораздо шире того, что можно увидеть глазами.

Прошли годы. Жизнь бросала меня в разные стороны, испытывала потерями и чудесами, любовью и одиночеством, отчаянием и надеждой. И оглядываясь назад, я вижу тонкую нить, которая связывала все события моей жизни.

Возможно, именно тогда, в детстве, когда семилетняя девочка попросила маму найти ей учителя для магии, судьба впервые тихо улыбнулась мне.

И отправила навстречу человека из двух миров.

Первые истории

Ощущение, что меня любят, я помню только со стороны моих бабушки и дедушки по маминой линии. Во времена моего детства родители трудились на благо страны, и детьми было заниматься некогда.

Когда мама оставляла меня на пятидневку в яслях и я, рыдая, умоляла её не уходить, утешить меня могло только её обещание работать очень хорошо, так хорошо, чтобы получить орден. Мне было не больше трёх лет… Так воспитывалось наше поколение.

Училась я хорошо, ничем не выделяясь из толпы средней школы спального района Москвы. Довольно большую часть учеников в ней составляли дети из семей нижнего слоя общества, включая бандитов, алкоголиков и проституток.

Примерно с 3 до 6 лет я росла у бабушки с дедушкой в Ростове-на-Дону. Самым любимым моим занятием была игра в пуговицы: я могла перебирать и рассматривать их часами. А ещё сказки, которые часами неустанно читал мне мой дедушка, пока бабушка рядом гладила бельё или занималась домашними делами. Бабушка часто во время работы пела песни, а с дедушкой по вечерам мы смотрели балет по чёрно-белому телевизору.

Мы жили в одном из самых бандитских районов города — Рабочем Городке. По сути, это была большая городская деревня с бесчисленным количеством бездомных собак и кошек, которыми я могла заниматься с утра до вечера.

Одним из самых завораживающих воспоминаний остались для меня рассказы зэков, возвращающихся периодически с лесоповалов и из других мест отбывания срока. Замирая от ужаса, я слушала их истории. Помню, как плакала, когда один из них с восторгом рассказывал о том, как как-то раз они поймали черепаху и сварили из неё вкуснейший суп… Напротив нас жила вечно пьяная, но очень добрая тетя Вера с дочкой моего возраста, мы дружили. Тетя Вера постоянно приводила к себе мужчин, и тогда нам нужно было играть на улице. А нашей соседкой по коммуналке, в которой жили бабушка и дедушка, была настоящая сказочница тётя Вера. По вечерам, когда женщины готовили на общей кухне, она наизусть рассказывала мне многотомные сказочные приключения необычных героев и существ, встречающихся им на пути.

Так запомнилось мне моё детство: коммуналка, вечно работающая без отдыха, но никогда не унывающая бабушка, разговоры на кухне, дворы с ватагами беспризорных детей и бездомных животных. Животные и деревья были тогда и остаются до сих пор моим фокусом и смыслом жизни.

Хранитель детства.

Пё который знал о любви

Когда мне было 6 лет, я спасла от мальчишек-хулиганов, которых сама дико боялась, почти до полусмерти забитую собаку. Бим вбежал в наш двор и чуть не прыгнул мне в руки. Его шерсть была измазана в грязи и разбитых яйцах, а сам он был настолько измучен, что просто лёг на пол в садовом домике, куда я его спрятала, и сделал под собой лужу. Он даже не мог встать. Тайком я принесла ему вкуснейшие бабушкины тефтели. Такие тефтели могли поднять даже умирающего, их вкус я помню до сих пор. С дедушкой мы отмыли Бима (его имя я «считала» тогда, даже не задумываясь о том, как я это сделала). Он отозвался сразу. Потом были долгие процедуры избавления его от блох. Бабушка работала дезинфектором, и сухой дихлофос был в наличии. Мы втирали его в шерсть и держали Бима завернутым в одеяло. Подозреваю, что это было ужасное испытание для него. Но от блох мы избавились. Мне разрешили оставить Бима у нас. С тех пор он стал единственным смыслом моей жизни. День и ночь мы проводили вместе, я даже переселилась спать в садовый домик, чтобы не расставаться даже во сне.

Потом приехала мама, чтобы забрать меня в Москву для учёбы в школе. Бима взять с собой мне не разрешили. Я уехала с мамой в Москву. Бим выл много дней и ночей, сводя с ума всех соседей. Когда я опять приехала на каникулы, он злобно зарычал и не стал даже подходить ко мне. Бим так и не принял меня назад в своё сердце и не простил предательство. Той же зимой он погиб: попал под машину.

Животные — неотъемлемая часть жизни осознанного и развитого человека с сердцем.

Это была вторая большая трагедия в моей тогда ещё маленькой жизни. Первая случилась, когда мама отвезла меня жить к бабушке в 3,5 года в результате развода моих родителей. От горя у меня отказали почки, и я много лет потом страдала от хронического пиелонефрита.

Все наши эмоции переходят непосредственно на физический план. Нужно всегда об этом помнить и уметь выпускать их наружу, будь это слёзы, крик или физические упражнения.

Мы не сможем избежать в нашей жизни отрицательных эмоций, но важно уметь их видеть, уважать и выбрасывать из тела любым доступным нам образом. Это то, чему не научили в детстве меня и даже детей в современном мире не учат родители, потому что часто они не знают этого сами. Пожалуйста, запомни эти практики и применяй их каждый раз, когда тебе будет больно.

На Землю мы часто приходим именно для того, чтобы пережить эмоции, потому что за пределами Земли их нет. Есть невероятная эйфория и лёгкость, но нет физического тела и нет переживаний, которые мы можем ощутить, находясь в физическом теле на планете Земля. Поэтому Души стремятся попасть на Землю, чтобы пережить всё: и любовь, и ненависть, и радость, и отчаяние. И даже боль является невероятно интересным испытанием для Душ, у которых нет возможности почувствовать потерю, потому то во Вселенной невозможно ничего потерять.

Лишь тень от Солнца

Третья большая драма настигла меня в 15 лет, когда погибла моя лучшая подруга, с которой мы росли с 7 лет, почти как близнецы, не расставаясь практически ни на день.

Мамы почти никогда не было дома, и всё время после школы я проводила с Сонькой и её бабаней. Бабаня была кладезем присказок и смешных поговорок, при этом не стеснялась и матерных выражений, которые в её устах звучали настолько забавно, что мы надрывали животы от смеха. Это были годы бесконечного веселья и проказ. Жили мы в одном доме на разных этажах. Мамы купили нам два телефонных аппарата, которые соединялись длиннющим проводом, проходящим между нашими окнами на 3-м и 8-м этажах. Телефонов тогда ещё совсем не было, и это устройство казалось нам по величине не менее значимым, чем первый космический корабль.

Сонька была невероятно весёлой и остроумной красавицей с гривой рыжих волос. Я была всего лишь её серой тенью, но я обожала Соньку и не представляла жизнь без неё. Наш эзотеричный учитель фортепиано говорил о нас всегда, как о тёмной и светлой. Тёмной, конечно, была я.

В 15 мы начали писать стихи, читали друг другу ночами. Придумывали невероятные истории, пели и танцевали в темноте. Моя подруга была центром Вселенной не только для меня. В любом обществе Сонька сразу становилась царицей и кумиром всех, кто её окружал — она была всегда в центре внимания. Все прочили ей великолепное будущее, это не могло быть иначе.

Тогда нам казалось, что впереди бесконечность.

Что лето никогда не закончится. Что дружба бывает вечной. Что смерть существует где-то очень далеко — в книгах, фильмах и чужих судьбах.

Мы были уже не детьми, но двумя девушками, которые смотрели на один и тот же мир, но видели его по-разному.

Сонька горела, как костёр. Она смеялась громче всех, любила сильнее всех, жила так, словно каждый день был праздником. Люди тянулись к ней, как тянутся к солнцу цветы.

А я была луной, отражением света, наблюдателем. Мне было уютнее в мечтах, чем среди шумных компаний. Я больше слушала, чем говорила. Больше чувствовала, чем показывала.

Но именно поэтому мы дополняли друг друга.

Мы могли часами играть пантомимы или хохотать под одеялами, сидеть на подоконнике и молчать. Могли до рассвета придумывать нелепые и смешные истории, волшебные страны, рассматривать тайные знаки судьбы и мечтать о любови, способной преодолеть всё на свете. Нам казалось, что вся жизнь ещё впереди и она обязательно будет удивительной.

В пятнадцать лет никто не верит в конечность.

В пятнадцать лет кажется, что дружба будет длиться всегда.

Что будут новые лета, новые разговоры, новые тайны.

Что времени бесконечно много.

Но жизнь уже тогда знала то, чего не знали мы.

Она уже листала страницы нашей истории дальше.

И где-то за горизонтом той беззаботной юности медленно приближался день, который разделит мою жизнь на «до» и «после».

Соньку насмерть сбил грузовик на дороге с деревенской дискотеки. Стояла жаркая августовская ночь. Всё вокруг было залито летней негой, свирелями сверчков и первыми любовными грёзами. За пару дней до смерти мы гуляли по лесу, и над нами пролетела сова. Сонька сказала, усмехнувшись: «Это к смерти. Кто-то скоро умрёт».

По моей спине пробежался холодный ветерок, но к вечеру мы уже забыли про сову. Про неё я вспомнила позже. Бабаня рыдала и сетовала, что погибла не я. И мне хотелось быть на её месте. После смерти Соньки у меня началась первая серьёзная депрессия.

«Я ночью лунной подойду к окну» — Я помню эту строчку, Столь чистую и романтичную, Как ты сама, как образ твой. Ты, может, рядом здесь, не знаю, Тебя не вижу я, но помню, И слёзы просятся на волю, Вдруг вспомнив твоих строк слова. Я вспоминаю дружбу нашу, Я вспоминаю, но не плачу, Я грустно только улыбаюсь, Бывает даже, засмеюсь. Такой вот след оставил чистый, Такую память — смех сквозь слёзы, Как белые на гробе розы, Моя потеря — твой уход. 09.1991

Наши друзья детства — самые важные люди в нашей жизни. Не забывай своих.

Ты слышишь, Ангел мой Хранитель, Как стонет раненое сердце, Как горько в этом пошлом мире, Где нет друзей, где нет любви? Я не оставлю той надежды, Что искрой тлеющей теплится, Что если вдруг тебе не спится, Ты можешь взять и позвонить. И что тебе ответит голос Того, кому не безразличен Твой непокой, твоё страданье Иль радость новая в душе. И пусть таких будет немного, Ведь важно, чтобы был хоть кто-то, Кому ты дорог, просто нужен, Всего один лишь человек. А если вдруг такого нету, То нету радости и жизни, А есть одна только надежда, Что телефон вдруг оживёт. И ты услышишь голос друга, Которого ты ждал так долго, И ты поймёшь — для счастья нужен Всего один лишь человек. 09.1991

Храм не моей дисциплины

Предстоял последний год в школе.

Наверное, месяц или два я не разговаривала и не общалась ни с кем. Молча ходила в школу, молча возвращалась. Друзей в классе у меня не было. Потом в классе появилась новая девочка из богатого общества, которую перевели к нам из другой школы за плохое поведение. Оля росла, как трава, у одинокой мамы-артистки, абсолютно без надзора, морали и запретов. Мы подружились, и моя учёба пошла под откос. А впереди предстояло поступление в институт…

Земные тайны тьмой покрыты, Но Божий глас мне приоткрыл, Когда одна среди могил Я тщилась смысл понять их тайный. Я не жалею, не горжусь, Сама себя не понимаю, Не знаю я, куда стремлюсь, Что нахожу, а что теряю… Подобно греческой гетере, Стремлюсь услышать голос Геи, Но светлый лик уносит вдаль И заслоняет чёрный рай — Обитель чувств и наслаждений. 2.01.1993

Оля начала заниматься проституцией, ещё учась в школе. Через неё я попала в общество бандитов, других проституток, вышибал и прочей швали, которой тогда кишела Москва.

Вращаясь в компаниях фарцовых мальчиков и девочек из богатых семей, я кое-как закончила школу на слабую четвёрку, не прошла экзамены на факультет психологии в элитный МГУ, на который замахнулась по какой-то невероятной дерзости (кстати, получив 5 по литературе и сочинениям, но провалив английский).

С трудом из последних сил через мамины знакомства я поступила в МГСУ — строительный университет, который мне в жизни не снился даже в самых страшных снах. Это была большая ошибка. Пять лет жутких мучений ради диплома. То, что мне приходилось учить, не интересовало меня ни разу в жизни. По выученной профессии я не работала никогда, но пять лет обучения выстроили хорошую логику, умение компоновать дикое количество информации и дали много новых навыков, которые пригождались мне всю последующую жизнь.

Я умею находить нестандартные решения и выходить из любых ситуаций, какими бы сложными они ни были. У меня гибкий и очень быстрый ум. Я так ненавидела всё то, что мне приходилось изучать, что стала делать это с огромной скоростью, для того чтобы поскорее избавиться от процесса познания ненужной мне информации. Теперь я с максимальной скоростью могу изучить почти что всё, что меня интересует, и делаю это в 2—3 раза быстрее обычных людей.

Замахиваясь на недостижимое, нужно радоваться даже получению среднего.

Итак, профессия эта меня никогда не интересовала, но диплом в России иметь необходимо, поэтому, хоть и с невероятным трудом, университет я закончила. Положительной стороной было также то, что с момента поступления я поняла, что совмещать бандитскую ночную жизнь с учёбой в высшем заведении у меня просто не получается, и с «дном» было закончено. Я увидела новую сторону жизни — достойных, совсем других мальчиков и девочек, наивных и неиспорченных, которые не знали о той стороне жизни, в которую я успела окунуться. Мне захотелось тоже быть такой. Даже если это было не совсем возможно, это было свежо и давало ощущение другого качества жизни.

Сила, не знающая своего имени

Учиться проектированию систем сточных вод было так невыносимо, что я начала параллельно изучать астрологию и пошла учиться на вечерний курс к Павлу Павловичу Глобе. И это было невероятно увлекательно! Я полностью погрузилась в астрологию. Ночами сидела за гороскопами и изучала положение планет в различных знаках и домах. Я проучилась два года в Академии астрологии П. П. Глобы и невероятно горжусь этим.

Ещё в 14 лет во мне начала просыпаться магическая сила. Я ещё не знала, что это такое, а объяснить было некому. С Сонькой у нас случился тогда небольшой перерыв, она не одобряла увлечения магией. Её мама с бабаней переехали в другой район Москвы, и видеться мы стали реже. Я осталась практически в одиночестве, других друзей у меня не было. Я много читала. Взахлёб и всё подряд. В школе я помогала в библиотеке и имела неограниченный доступ к книгам. Книги были для меня всем! И эта страсть жива по сей день. Тогда я особенно любила романы Александра Дюма, Жюля Верна, Джеральда Даррелла, но уже начала читать и Папюса. Энергия, нахлынувшая на меня, была настолько огромной и неудержимой, что я не знала, что с ней делать.

Ночами я не могла спать, безудержно читала, писала стихи, фантазировала. Это привело позже к тому, что я начала ночами уходить из дома, пока моя мама спала, и нарываться на «приключения». Задача была попасть в какую-нибудь плохую историю, а потом выбраться из неё, желательно живой и невредимой. Эта внутренняя сила давала такое ощущение всемогущества, что хотелось проверять её снова и снова.

Среди мерцания огней Иду по улице вечерней, В глазах усталость всё сильней Я замечаю в отраженьях. Сигналит белое такси, И кто-то смотрит взглядом жадно, И чьи-то чёрные усы Я вспомню как-нибудь случайно. И вереница разных глаз И безразличных, похотливых, И пьяных, наглых — столько раз В снах пролетают моих мимо. 91—92

Ночным приключениям положил конец мой друг, которому я рассказала о них. Его это буквально ужаснуло, и он взял с меня слово, что я никогда больше не буду этого делать. Но энергии был необходим выход.

Очень важно понимать, что всем людям от рождения даны сверхспособности. Когда-то они были совершенно нормальным явлением, и только для нашей генерации они стали называться «сверх». У каждого человека она разные, и их надо почувствовать и открыть.

К сожалению, наше воспитание и общество не позволяют нам их увидеть и уничтожают их на корню ещё в самом раннем возрасте. Вся система выстроена так, чтобы сделать из существ с необыкновенными способностями одинаковых и послушных роботов. Неподготовленность к созданию детей, неправильные роды, отсутствие понимания, что маленький ребёнок есть божественное создание и обладает высшими телепатическими способностями, которые мы уже потеряли. Мы, как взрослые с закрытыми чакрами и неработающими гипофизом и гипоталамусом, которые когда-то давали прямой вход для космических и земных знаний, стоим ниже по развитию, чем новорожденные младенцы. Нам не дают побыть сорок дней в темноте и тишине после рождения, чтобы сохранить наши способности. Потом нас отлучают слишком рано от мамы, от её молока, которое несёт родовые программы и должно наполнять нас силой и иммунитетом. Затем нам дают воду и зубную пасту с фтором, которые отключают шишковидную железу. Потом отправляют в школу, где все должны быть одинаковыми и карается любое отклонение от «нормы». Затем без малейшего понимания, кем ребёнок хочет стать по зову Души, его отправляют учиться профессии, которая ему, возможно, не подходит, и он становится рабом системы, выполняя всю жизнь работу, которая не приносит радости и удовлетворения. Так убиваются творцы и выращивается армия людей, не знающих, кто они есть на самом деле.

Я очень старалась не позволить всем этим действиям повлиять на тебя. К сожалению, у меня не всегда это получалось.

Безумные истории моей жизни Женщина вне правил Лера Конрад

Безумные истории моей жизни. Женщина вне правил

Полная версия

Другие книги автора: