Наш дом

Путешествие в детство, которое уже не вернуть

Леонтий Михайлович Зюлёв

Светлой памяти своих родителей:

Евгении Ивановны и Михаила Андреевича посвящаю я написанное мной

ISBN 978-5-0070-0426-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Я не люблю мемуары, ни писать, ни читать. Жизнь большинства людей в России вроде бы не имеет каких-то ярких событий и происходит серо, заунывно и однообразно у большинства её граждан. Чаще всего кажется, что для написания биографии в том числе и моей, хватит пяти слов. Родился, учился, работал, вышел на пенсию, умер. Однако это не совсем так, у каждого в жизни происходило множество событий, пускай не вселенского масштаба, но значимых для него и его окружения. Особенно такие события ярки в раннем детстве, когда реки были широки, деревья огромны, а незначительное, на взгляд взрослого, происшествие оставляло глубокий след в памяти ребёнка. Поэтому я с уважение отношусь к тем, кто пишет мемуары. Это их жизнь, а уж читать или нет о ней дело вкуса каждого. Кому-то очень нравится, кому-то меньше, но право на существование они, безусловно, имеют.

Да и в принципе, как сказал один классик, — о ком бы мы не плакали, мы плачем о себе. Поэтому и я решил написать маленькую повесть или большой рассказ о поре своего детства, нашем четырёхквартирном доме, его обитателях и их жизни в середине двадцатого века, в пору, когда народ строил социализм.

Есть масса людей, которые помнят эти времена пишут о них и читают о них. Мне кажется, некоторым станет интересно сравнить написанное мной с их воспоминаниями. Люди помоложе, если пожелают могут окунуться в мир детства тех времён, когда не было никаких гаджетов и компьютеров, не было мобильной связи, редкостью были в селе: холодильники, газовые плиты, телевизоры и автомобили. Когда большинство продуктов не покупалось в магазинах, а выращивалось и выкармливалось на своих подворьях. И когда дети играли не в ходилки-стрелялки, а большую часть свободного времени проводили на улице с совершенно иными развлечениями, чем сейчас.

Глава 1. Дом

Я не застал строительство этого дома. Когда мы переехали из деревни в село, дом уже построили и довольно давно. Отцу предложили работу в школе. В тот год в школах ввели одиннадцатилетнее среднее образование с производственным обучением. Выпускник получал рабочую специальность.

Отца выдернули из колхоза, как подходящего по образованию. И сразу поставили руководителем школьной ученической производственной бригады. С сентября же дали часы труда и специальной подготовки у девушек. Спецподготовка предполагала изучение тракторов и сельхозмашин, агрономии и агрохимии. Для девушек ничего девичьего не придумали, и они изучали эти вещи наравне с пацанами. Закончивший сельхозтехникум по специальности: механик сельского хозяйства, по мнению председателя колхоза, отец подходил как нельзя лучше для вновь открывшегося дела. То, что у него нет педагогического образования и учительского опыта почему — то в расчёт никто не принял.

Нам дали квартиру, и ранней весной мы переехали на центральную усадьбу. Дом поначалу очень не понравился мне, пацану. Четырёхквартирный муравейник с общим двором, общим туалетом и огородом, зажатым между такими же маленькими вспаханными клочками соседей. Мне, привыкшему к деревенскому простору и широте окрестностей, поначалу казалось, что я попал в какой-то иной мир, где, куда не ступи, приходилось считаться с тем, что ты тут не один.

Стоял дом на единственной в селе прямой, как стрела, улице Советской. Улица просматривалась от начала до конца из любой точки и производила замечательное впечатление, утопая в весенней зелени и белых облаках цветущей черёмухи. Одно сразу не понравилось — на ней не было проезжей дороги, но, взамен, от дома начинался деревянный тротуар в направлении школы. Нам, пацанам, он компенсировал непролазную грязь дороги, когда нам купили велосипеды. Стало шиком проехаться по нему, не слезая с велосипеда, хотя тротуары имели множество ступенек. Но разве это может остановить мальчишку?

Понравился двор. Он казался ребёнку огромным. В одном углу располагался филиал военного музея в виде двух машин: полуторки Газ-ММ и легковой «Эмки» — Газ-М1. Машины принадлежали дяде Паше, одному из жильцов дома, механику колхоза, они редко бывали на ходу, но зато в них разрешалось играть, чего большего нужно пацану от жизни, когда можно сесть за руль и представить себя лихим фронтовым водителем, вроде Ивана Бровкина.

Сам дом казался огромным, да и был таким, потому что улица почти сплошь была одноэтажной, а тут два этажа. Таких домов построили несколько, и почему-то три подряд на одной стороне. Огромный снаружи, дом имел маленькие квартирки метров по тридцать пять — сорок жилой площади, с печным отоплением. Вода из колодца, на другой стороне улицы. Мне очень понравилось, что наша квартира на втором этаже и есть вход на чердак. На чердаке находилось окно, вид из которого на огороды напоминал вид из кабины самолёта, и я частенько играл в пилота, когда родители уходили на работу, а меня ещё не отдали в школу.

Обитатели встретили нас, новых жителей, очень приветливо. Во всех квартирах жили пацаны постарше меня, и они мгновенно взяли надо мной шефство. Поначалу девчонок не было ни в одной из четырёх семей. Парни все подобрались серьёзные. Забегая вперёд, скажу, что все они нашли в жизни свой путь и устроились успешно.

Наверно, потому, что все семьи в доме оказались учительскими. Пацаны постоянно затевали, как бы сказали нынче, разные проекты. Все поголовно играли на гитарах, несколько человек участвовали в бывшем тогда в школе духовом оркестре. Многие фотографировали. Были подкованы технически, что-то постоянно мастерили и изобретали. Почти все — прекрасные спортсмены. Немудрено, что и мою жизнь всё время сопровождал спорт: зимой лыжи, летом волейбол. В доме появился первый в деревне мопед «Рига», и я изучал все премудрости его устройства и вождения «на веществе».

Вспоминая, как терпеливо возились старшие со мной, пацаном, смахиваю непроизвольную слезу. Все фотографии моих детских лет сделаны старшими ребятами нашего дома. Смотрю на них и погружаюсь в те года, как на машине времени. Пора познакомить с населением нашего муравейника тебя, мой дорогой читатель.

Глава 2. Семья Панасенко

В доме жили четыре семьи. Сейчас я удивляюсь, как на такой площади все помещались. Во всех семьях имелись взрослые дети, и места на каждого приходилось крайне мало. Но в тесноте, как говорят, не в обиде.

Не знаю даже, с какой семьи начать? Все жили вровень — скромно так, почти по Высоцкому, который набирал в те годы популярность. Наверно, нужно начать с самых старших соседей. Это супруги Панасенко, жившие, как и мы, на втором этаже. Владимир Власович — глава семьи, в прошлом — военный фельдшер. Интеллигентнейший человек, с тонким чувством юмора, деликатнейший в разговоре. С войны пришёл инвалидом, но я никогда не слышал ни рассказов о том, как он получил инвалидность, ни жалоб на неё. Единственным доказательством его положения служила мотоколяска — С3А, которую выделили ему от Собеса.

Он работал в больнице, как обычный человек, а с мотоколяской изредка копался во дворе, объясняя попутно нам, пацанве, что и как в ней устроено, и как работает.

Его жена, Надежда Константиновна, работала в школе учителем начальных классов, но, к тому времени, когда я пошёл в школу, уже вышла на пенсию. По отзывам коллег она была прекрасной учительницей, но мне не повезло поучиться именно у неё, хотя много ребятишек с нашей улицы прошли через её руки. Тогда классы формировали так, чтоб большинство учеников жили недалеко от классного руководителя.

Всегда вежливые и доброжелательные, супруги производили замечательное впечатление. За те несколько лет, что они жили в нашем доме до переезда в город, я ни разу не слышал, чтоб они повысили на кого-то голос или поругались между собой, что случалось в других семьях нередко. У супругов росли два сына — погодка: старший — Юра и младший — Валера. Парни росли под стать родителям: серьёзные интеллигентные, добрейшие и умнейшие ребята. Они постоянно затевали что-нибудь интересное. Оба играли в духовом оркестре, были чудовищно начитаны и спортивны. Они задавали тон в своих классах, когда учились, и после окончания школы выбрали творческий путь. Характеризует их такой запомнившийся мне, ребёнку, факт. Однажды, завалившись к ним в гости, а дом их всегда оставался открытым для друзей и знакомых, я с удивлением увидел, что они и соседский их одноклассник Виталик, делают какие-то упражнения со стульями:

— Ребя, вы что — новую гимнастику разучиваете?

— Лёвка, сядь пока в сторонке, мы скоро закончим и всё тебе втолкуем.

— Поехали дальше: раз — два — три, и раз — два — три! — сказал Юра.

— Скоро выпускной, и мы разучиваем вальс, — продолжил он, когда они закончили.

— Так можно же попросить кого-нибудь, чтоб вас научили, — только и нашёлся сказать я.

— Нет, мы хотим, чтоб был полный сюрприз. Ты же никому не скажешь?

— Могила! — заверил я новоиспечённых танцоров.

И, в самом деле, получилось так, что нас, ещё не учеников, пригласили на их выпускной, как преемников, и парни на прощальный вальс пригласили своих учительниц. Они станцевали отменно, и весь огромный спортзал, заполненный выпускниками родителями и учителями, устроил им овацию. Их молодые учительницы расплакались.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.