Анубис, Покровитель Мёртвых

Изабель Сильвер

ISBN 978-5-0069-3036-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Анубис, приди, утоли мою слабость,

Дыханием смерти мне жизнь отсуди.

На скорбный трон боли с тобой я воссяду,

Ты только оставь моё сердце в груди.

Острые зубы из пасти сверкают,

Близки к остановке жизни часы.

Ты запираешь пред мной двери рая,

Перо золотое кладешь на весы.

Анубис, дух смерти, ты тенью сияешь,

Я делаю шаг в темноту за тобой.

Ты медленно руку холодную тянешь

И шепчешь: " Я здесь, чтоб испить твою кровь».

Анубис, душою взлететь я готова,

Дыханьем своим ты мне жар остуди.

Я сяду на трон, что зовут люди гробом,

Ты только оставь моё сердце в груди…

Пролог 1279 лет до н. э. Египет Правления Рамсеса ||

Пирамида бога Осириса

Нас тащили по длинному каменному коридору огромной пирамиды. Это владения самого Сета бога войны, разрушения и хаоса. И моего непосредственного врага, убивший мою приемную мать Исиду и родного отца Осириса захватив тем самым власть загробного мира. Много веков назад мать призналась мне что я не родной ребенок, она случайно нашла меня в камышовых зарослях еще совсем младенцем. Она вырастила и воспитала меня вместе с братом Батам. Мы росли озорными мальчишками. Мать и отец никогда не разделяли нас, поэтому я и не чувствовал себя чужим. В день нашего девятнадцатилетие мы с братом испили из кубка свящённую воду из реки Нил, приняв ее бессмертие. Так же Осирис царь загробного мира даровал нам божественные силы. Бат стал проводником в загробной мир, а мне даровали быть судьей у чащи весов. Я наблюдал за установкой стрелки на коромысле весов и решал, уравновесило ли сердце покойного его смертным грехам. Если сердце было легче пера, то он, несомненно, попадал в рай, ну а если нет, то его ждали вечные муки. Я знал, что рано или поздно он узнает о том, что совершила моя настоящая мать. Узнает о том страшном секрете моего рождения. Он никогда не сможет жить спокойно, пока я дышу, я живое доказательство измены его любимой жены Нефтиды богини рождения и смерти. Я бы смерился со своей смертью, так как меня вообще не должно было существовать. Но моя возлюбленная, женщина ради которой я готов предать всех богов не заслуживает смерти. Моя милая Бастет как бы я хотел, чтобы все это не коснулось тебя. Моя богиня радости и веселья. Дочь самого Ра бога солнца, но почему? Почему он не слышит моих молитв? Запястья сковали специальными кандалами способные удержать бога. Руки болят, но мне плевать на боль. Я снова поднимаю глаза на свою возлюбленную. За шесть дней в заточение в подземелье Сета, она сильно исхудала. Плечи осунулось, кисти стали, словно тонкие веточки кипариса. Черные волосы спутались, а лицо бледное как бумага из папируса. Лишь ее зеленые глаза излучают свет, она бросает на меня короткие взгляды. Я лишь твержу себе, что это все лишь страшный сон.

Тюремщик сильно толкает меня в спину заставляя идти быстрее, ведь Сету не терпится оторвать мне голову. Мы боги и мы бессмертны, но нас можно убить. Проходя очередной коридор, я стараюсь слегка отстать, что бы поравняться с Бастет. Теперь я могу ближе разглядеть ее лицо и раны. От кандалов на запястьях кроваво-красные нитевидные следы. На щеке зияет синяк и небольшой кровоподтек. Нас долго преследовали, прежде чем поймать в пустыни, тогда\, когда мы спокойно держали курс на восток. Прислужники открыли перед нами каменные громоздкие двери. Сет восседал на троне моего отца, в знак своей власти его голову покрывал золотой венец. Моя родная мать восседала рядом с ним по правую руку. Я не видел ее несколько столетий, она ни капли не изменилась. Все те же черные волосы спадают каскадом, серебряные глаза не смотрят в мою сторону. Ее взгляд прикован к Бастет, по лицу пробегает тень удивления. Тюремщик заставляет нас кланяться, но я не пригну колени ради него. Поэтому я стаю ровно, Бастет так же выпрямилась, не опуская глаз, презренно смотрит в глаза Нефтиды. Сет полностью изменил обстановку в этом зале, настенные рисунки с изображениями моей матери были безжалостно содраны. Трон теперь возвышался на десять ступней вверх, этим самым Сет хотел показать свою верховность и непоколебимую власть. Множество факелов освещали тронный зал, предавая ему больше великолепия. Золотая плитка под моими ногами блестели как будто ярче самого солнца. А все каменные балки были украшены драгоценными камнями. Перед лестницей стояла охрана, которая при любом моем неверном движение выпустит в меня сотню стрел. Сет махнул рукой, тюремщик снова толкает нас в спину, ох, если бы мои руки не были скованны. Остановившись у лестницы, я подымаю глаза на Сета, на бога убившего родного брата и его жену прямо здесь, в этом зале. Я опускаю глаза, у лестницы еще видны кровавые пятна, въевшиеся в золотой пол.

— Сын мой! — голос Сета груб, даже в этом маленьком предложение слышны угрожающие нотки.

— Я тебе не сын, так же, как и ты мне не отец! — язвительно произношу я. На лице братоубийцы ни один мускул не дрогнул. — и я тебя не боюсь! — Сет привстает и смотрит мне в глаза, в его зрачках пылает адский огонь.

— А стоило бы! Если бы ты не бежал как трус после смерти Осириса, возможно, я бы принял тебя как собственного сына.

— Лучше смерть! — Я не сдамся, не покорюсь его воле.

— Зря, твой брат принял свою судьбу. За его преданность я даровал ему самое бесценное, мою дочь Нут. — Я чувствую, как немеют мои пальцы, в легких не хватает воздуха. Как он мог, после всего, что это монстр сделал.

— Я не верю тебе! Ты лжец! — мой голос срывается на крик. Сет кивает головой в сторону второго выхода из тронного зала. Каменная дверь открывается, через нее входит мой брат. На нем одет сусх, рубашка, расшитая золотыми нитями и сандон из тонкой плиссированной ткани, которая драпировалась вокруг бедер. Его каштановые волосы уложили, а на голову одели венец. На руках блестели браслеты с рубинами. Заметив меня, его шаг стал более не уверенным, поднявшись по ступеням, он встал на левую сторону от Сета, подтверждая его слова. Скулы свело от боли, от злости я сжал челюсть и прикусил щеку, металлический привкус крови появился во рту.

— Он теперь часть моей семьи, а кто ты Анубис?! — Сет бросил призренный взгляд на жену, — Внебрачный ребенок, плебей, воспитанный моим врагом. «Осирис мёртв и тебя некому защитить!» — с хохотом произнес Сет. Его противный смех раздался в пустом зале. Сейчас нужно думать не о себе, а о ней! Я повернул голову в сторону Бастет, она молчала все это время, хотя я знал, ей было что сказать. Когда наши взгляды встретились, она едва заметно качнула головой. Бастет знала, о чем я собираюсь просить этого убийцу, и не хочет этого. Набрав побольше воздуха, я произношу слова вопреки своей гордости.

— Я прошу отпустить Бастет, живой и невредимой.

— НЕТ, — кричит девушка, дернувшись ко мне, но ловкий стражник хватает ее за волшебные кандалы. А я продолжаю говорить, не только говорить я опускаюсь на колени.

— Я стану твои рабом, буду делать, что прикажешь только отпусти ее. — Сет молчит какое-то время, а потом разрывается в громком смехе. Бастет упала на колени и тихонько всхлипывает. Когда приступ дикого хохота, наконец, то стих, Сет поднялся на ноги. И принялся спускаться вниз. На нем был одет калазирис, самая дорогая одежда во всем Египте. Калазирис был так же из плиссированной ткани, заложенные крупными складками и широкой оборкой. Верх был расшит сеткой из керамических бус. На боку у него висел хопеш, кривой изогнутый тесак, предназначенный для рубящих режущий ударов. Клинок был явно изготовлен из бронзы и поблескивал в свете факелов.

— Поклянись! Поклянись могилой своей матери, что не предашь меня, и вернешься на службу. Загробный мир ждет своего судью. Ты станешь покровителем мертвых до скончания веков, так же ты станешь создателем погребальных обрядов. Покровителем некрополей! Принесите ему мантию черного цвета и венец с мордой шакала. — Я опускаю глаза в пол, мне не хватит сил посмотреть на любимую. Мои губы размыкаются, и я произношу проклятую клятву, обрекая себя на веки вечные. Когда я замолкаю, цепи на моих руках перестаю святиться и открываются, со звоном падая на золотой пол. Мне на голову одеваю безобразный венец, череп шакала впивает прямо в виски. Разряд боли проходит по всему телу, я сжимаю зубы и ни издаю не единого звука. Теперь я связан клятвой служить ему.

Мгновение, всего одно проклятое мгновение…

Сет быстрым движением руки вынимает хопеш и в следующую секунду перед моими глазами блестит лезвие. Клинок входит в грудь Бастет по самую костяную рукоять. Я не моргаю, из легких вытесняется весь воздух.

Я слышу, как кто-то кричит, или это был я…

Вскакиваю на ноги и успеваю поймать ее хрупкое тело. Кровь хлещет из раны, я стараюсь прикрыть рану, но все бесполезно. Еще никто не выжил после удара клинка Сета, выкованным самой смертью. Я чувствую, как по моим щекам текут слезы, Бастет смотрит на меня широко распахнутыми глазами. Ее бессмертная жизнь вытекает сквозь мои пальцы, бардовая кровь перемешивается с золотой.

— Я… Люблю… Тебя…

— Нет, ничего не говори, я спасу тебя! — из ее рта потекла золотая жидкость, Бастет слегка вздрагивает, ее глаза теряют цвет. — Прошу не умирай… — твержу я, мне ни хочется в это верить. — Я буду искать тебя в тысяче миров и в десяти тысячах жизней, пока не найду… Клянусь…

— Я буду ждать тебя в каждой из них… — Я в последний раз целую ее.

— Я встречу тебя в некрополе любимая! — но Бастет уже не слышала меня, ее зеленые глаза закрылись, а тело обмякло в моих руках. Я в последний раз вдохнул запах ее волос. Слезы душили, я не мог вспомнить, когда в последний раз проливал слезы. Мне казалось у нас впереди вечная бессмертная жизнь, но Сет отнял все мои мечты на счастливую жизнь.

Нефтида опустилась рядом со мной на колени.

— Мне очень жаль! — сухим голосом проговорила она.

— Плевать мне на твою жалость! — аккуратно уложив еще теплое тело моей любимой, я вскакиваю на ноги. Я был полон решимости оторвать голову этому безумцу. Сет стоял в пары метров от всего происходящего, на его лице играла злорадная улыбка.

— Мы заключили сделку! — Сет поднял руку, вроде обычный жест, но после него я не мог даже шевельнутся. Теперь я был полностью под его властью.

— Я не скрепил наш договор, кто муже же ты и вправду думаешь, что я позволю вам даже там быть вместе?! — Сет снова расхохотался, а я стоял как истукан, не имея шанса вымолвить и слова. — Глупый мальчишка, ее душа никогда не попадет в некрополь. Пока я живу, она никогда не обретет покоя, и уж тем более не переродиться. А теперь?! — он хлопнул в ладоши. Под моими ногами появилась воронка, которая, утянула меня в загробный мир…

Первая глава

Египет. Каир

Наши дни

Аврора

Аврора прилетела вместе с отцом археологом в Египет. Для нее это замечательный шанс показать себя в новой должности. Три месяца назад она закончила Спрингфилдский университет с красным дипломом. И вот она уже квалифицированный археолог с блестящим будущем. Команда отца нашла захоронения фараона, но пока что неизвестно каким годам относиться золотой саркофаг и кто лежит внутри. Они смогли спуститься в гробницу на много метров под землю. Но трогать саркофаг ни кто не посмел.

Люди издревле боялись проклятья фараона, поэтому ждали пока самолет приземлиться.

После посадки я чувствовала себя отвратительно. С детства боюсь летать, однажды наш самолет чуть не упал в Тихий океан. И это травма на всю жизнь, благодаря опытному пилоту воздушного судна мы чудом выжили. Только стоя на твердой почве, я прихожу в себя, отец одобрительно хлопает меня по плечу. Он уже весь в предвкушение, как и я. Папа идет вперед, я молча шлепаю за ним. Наш самолет сел в Каире в самом сердце Египта, на улице уже начало темнеть. Но жара стояла невыносимая хорошо, что я додумалась одеться максимально свободно, короткий сарафан в самый раз. Сам город прекрасен, он расположился по обоим берегам реки Нил в северной части Египета. Непосредственного от места, где река вытекает из долины, окруженной пустыней и разбивается на рукава, образуя дельту Нила. К юго — западу, сливаясь с Каиром, к нему примыкает Гиза. Но мы с отцом и вспомогательной группой рассаживаемся по машинам, направляясь в старый Каир. Он находится на восточном берегу реки. Мы выезжаем на территорию, по внешнему виду становится понятно, что город застраивался беспорядочно. Здесь много узких улочек и явно переселенных многоквартирных построек. Мы проезжаем сотни старых мечетей, а так же главную башню, которая может служить ориентиром. Город полон света и огней. Отец решает переночевать в ближайшей гостинице, а уже завтра на свежую голову отправиться на остров Род. Именно там нас ждем уйма работы и незабываемых для меня приключений. Он связывается со спонсорами, они бронируют нам номера в «Pyramids Hills Inn» отель с прекрасным видом на пирамиды в Гизе. Рабочее отеля уже были оповещены о нашем визите, поэтому у дверей нас встречают, забирают вещи и провожают до номеров. Я забираю ключи и иду за парнем, который тащит мой чемодан, наши комнаты напротив и прежде чем войти в свой номер отец окликает меня.

— Аврора! — Я оборачиваясь.

— Да?

— Твоя мама гордилась бы тобой! — на моих щеках появились легкий румянец. Я сразу вспоминаю маму, которая умерла два года назад, она так и дождалась окончания моей учебы. В сердце, что-то колит, но я игнорирую это. Мило улыбаюсь отцу и закрываю за собой дверь. Отцу сейчас сорок три года для его возраста он выглядит старше своих лет. В светлой бороде и голове можно было хорошо разглядеть седину. Карии глаза потеряли блеск, под ними залегли тени. Лицо осунулось и помрачнело, он перестал практически улыбаться, а глубокие морщины расползлись по лицу. Однажды он мне сказал, что не боится смерти, ведь там в самом конце реки Нил его будет ждать мама. Что не скажешь обо мне, я излучала молодость и любовь к жизни, и мысли о смерти отгоняла от себя. Мне девятнадцать, я красивая перспективная девушка. Мои длинные, густые волосы достают до поясницы. Ни смотря на то, что у обоих родителей светлые волосы и карии глаза, у них родилась брюнетка с зелеными глазами. В детстве мне было стыдно и страшно, что я совсем не похожа на мать и отца, и даже подозревала что я приемная. Но мама уверила меня, что это все бредни соседских старух и не более.

С рождения у меня на коже в области сердца есть родимой пятно похожие на звезду, этим самым я всегда отличалась от обычных детей. Я никогда не болела, даже ни разу в жизни ничего не ломала. Был один случай, когда я в семь лет перебегала дорогу в неположенном месте и по стечению обстоятельств машина выскочила из неоткуда и сбила меня. Я отлетела на несколько метров, чувствуя жгучею боль во всем теле. Крови было много, но когда меня доставили в больницу, врачи ни нашли не одного повреждения, ни одной царапины или сломанной кости. Тогда мама сказала, что смерть благоволит ко мне и не хочет принимать, ну а врачи были уверенны, что мне просто повезло. Скинув с себя дорожный сарафан, я направилась в ванную. Ванная комната была выкрашена в бело золотой цвет, сама ванная была вырезана из белоснежного мрамора. Большое зеркало, весившее над раковинной, моментально запотело от горячего пара. Максимально расслабившись, я погрузилась в свои мысли и дальнейшие действия. Нужно было сразу по появлению на раскопках показать кто тут главный. Иначе отец заберет себе бразды правления и сам того не зная затолкнет меня в свою тень. Отца зовут Маркус Райт, раскопки, поиски доисторических реликвий стали его смыслом жизни. Когда мама узнала что у нее рак желудка отец на время приостановил свою деятельность. Взяв что-то вроде отпуска. Его проектами занимался молодой исследователь Валадан Бэс. Специалист из Португалии, ему двадцать четыре года. Но это не мешает ему быть первоклассным помощникам в делах отца, а теперь и в моих. Его синие глаза всегда следят за мной, но он делает это так будто я не замечаю. Когда я вхожу, он волнительно вздыхает и запускает пальцы в свои черные волосы. Его спортивное телосложение, приятный тембр голоса и португальский акцент сведут с ума любую девушку, но не меня. Я знаю, что он испытывает ко мне романтические чувства, но не могу дать ему то, что он хочет. В год, когда умерла мама мой парень, любовь всей мой жизни (как я думала), бросил меня, оставив с разбитым в дребезги сердцем. Мне удалось его собрать по кусочкам и тогда я сказала сама себе, что не позволю влюбиться. Я не хочу, что бы мне снова было больно. Видя все тщетные попытки Вала, отец неоднократно пытался подтолкнуть меня к нему. Намекая, что это будет замечательная партия. Ведь как сказал отец, он не вечен и хотел бы, чтоб со мной был тот, кто убережёт меня от всего на свете. Я лишь молчала, не желая продолжать разговор. Именно Валадан нашел для меня эту гробницу, нашел спонсоров, самолет и прочие мелочи. Наверно мне нужно быть с ним с легка помягче. Мои размышления прерываются стуком в дверь, от чего я невольно вскрикиваю.

— Аврора, это я Вал! — застенчиво произносит парень, — Прости, не хотел тебя напугать. — Я тяжело выдыхаю, выбираясь уже из прохладной воды.

— Дай мне минутку! — ворчу я. Замотав волосы и тело полотенцами, я вышла к Валадану. От моего вида парень нервно сглотнул и облизал сухие губы.

— Шикарно выглядишь, даже в полотенце! — мои щеки заливаются краской, а тело покрывается мурашками. И пока он в корень меня не смутил, я быстро прячусь в гардеробной. Вал мучительно выдыхает, пока я одеваюсь. — Я заказал нам столик в ресторане, если ты не против!?

— Я голодная как волк, очень любезно с твоей стороны. Отец идет с нами? — кричу я из комнаты. Из легких Вала вырывается раздражительный смешок.

— Только если ты хочешь.

— Нет, — Я вспоминаю последнюю мысль, что посетила меня в ванной. Надев комплект удобного нижнего белья розового цвета, я роюсь в чемодане в поисках чего-то подходящего. Учитывая, что Валадан в рубашке с коротким рукавом и классических песочных шортах, я выбираю легкое белое платьице без бретелек. Моя грудь третьего размера очень сексуально смотрится в этом платье. На лопатке красуется тату, которое я сделала полгода назад. Это Анубис египетский бог смерти. Не знаю, почему в тату салоне я выбрала именно этот эскиз, но как только увидела всем сердцем, пожелала обладать этим рисунком. Из трех вариаций я выбрала, где Анубис изображён с мордой шакала. Тату вышло очень красивое и яркое, отец долго ворчал, конечно, мол, нельзя такое наносить на кожу, но разве я могла отказать внутреннему голову. Я выхожу к Валу, у которого от моего вида отнимается дар речи. Несмотря на влажные волосы и минимум макияжа я выгляжу неплохо.

— Я готова!

— Вижу, ты восхитительная Аврора!

— Не льсти мне, не забывай кто тут босс! — не скрывая смеха, произношу я. Валадан кланяется мне.

— Слушаюсь моя госпожа! — с таким же смехом говорит Вал. Он протягивает руку, и мы вместе выходим из номера. Как и обещал Валадан, мы ужинаем в дорогом ресторане. Официанты говорят на ломаном английском, но очень вежливо. Играем музыка, певица поет на арабском языке очень трогательную песню, от которой слезы наворачиваются на глаза. Но туристы, что не знаю языка, весело обсуждают за своими столиками. Мы покончили с едой и просто наслаждались остатком вечера. Вал смотрит на меня как то странно, он выпивает еще один бокал красного вина, будто пытается подавить какое-то чувство.

— Если бы я тебя не знала, то подумала, что ты хочешь напиться. Что с тобой? — Валадан подымает на меня свои большие синие глаза и быстро моргает, будто я раскрыла его один из страшных секретов. Вал берет меня за руку, его ладони слегка влажные. Я хмуро брови, догадываясь, что сейчас произойдет.

— Аврора, ты прекрасно знаешь мои чувства к тебе… — Я осторожно вытаскиваю свою руку, а Вал тяжело выдыхает, зная, что произойдет дальше.

— Вал, пока ты не сказал этого, я хочу тебе напомнить, между нами, ничего не может быть. Я люблю тебя как брата, друга, но не более. Пойми мне не под силу дать тебе то, что ты хочешь. Прости меня… — Я поспешно поднимаюсь со стула и быстрым шагом покидаю ресторан. Вал догоняет меня у номера слегка запыхавшийся. Он хватает меня за руки, слегка сдавливая запястья.

— Аврора, прошу, дай мне шанс! — Сердце снова щимет, в легких не хватает воздуха. — Я люблю тебя, я… Я уверен, моей любви хватит на двоих!

— Вал ты делаешь мне больно! — немного приглушенно произношу я, чтоб ненароком не перебудить весь отель и отца, в том числе. Валадан тут же отпускает мои руки.

— Прости, прости Аврора! — он встает на колени, — Прошу стань моей женой! — он явно перебрал с вином, и завтра будет жалеть об этом. Я отступаю на шаг и молча верчу головой. Осторожно открываю дверь и со звоном закрываю ее перед парнем. Вал слишком хорошо воспитан, даже учитывая свое состояние. Он не кричит, не стучит в мою дверь он просто уходит. А я стаю, прислонившись к двери спиной и слушаю, как удаляются его шаги. Быстро привожу себя ко сну и моментально засыпаю. Я ни чего к нему не чувствую, но мне жаль его…

Вторая глава

Остров Род

Я проснулась от звука будильника, время было пять утра. Сладко потянувшись в мягкой кровати, я направилась в душ. После одела специальный комбинезон песочного цвета и принялась заплетать волосы в тугую косу. На голову одеваю привезенную панамку археолога. Комбинезон летней, открытый в такую жару невозможно носить на себе всевозможную защитную одежду. На шею я повязываю легкую бандану, чтобы в случае чего натянуть на лицо, прикрыв этим самым нос и рот. Быстро выбираю солнцезащитные очки и выбегаю из номера. Приоткрываю дверь в номер отца, чтоб убедиться, что он спит, облегченно выдыхаю и иду вниз. Спустившись в холл, проводник сообщает, что для меня уже готов автомобиль способный преодолеть пустынные барханы. Проводника с собой я не беру, он отмечает мне дорогу, и вскоре я покидаю гостиницу. Дорога заняла около часа, до места пришлось ехать весьма осторожно. Скорее всего, ночью на этой теретории прошлась песчаная бурю. Дорогу, которую мне указал проводник, полностью покрылась толстым слоем пыли и песка. Остров Род административно относился к району. Аль — Маниал. На нем сохранились старейшие в стране мусульманские постройки. На южной стороне от места захоронения расположен ниломер, по которому имеются данные наблюдения с шестьсот двадцать первого года нашей эры. Также на острове расположен дворец Миниал и несколько корпусов, принадлежащих госпиталю Каирского университета. Если бы не навигатор, скорее всего я, могла с легкостью заблудиться. Подъезжая к месту раскопок уже из далека, я слышу голоса на арабском и английском. Любой археолог обязан знать все языки включая древние, иначе ты не сможешь прочесть и половины того, что писали в древности. Паркую машину и иду в главную палатку, в мою палатку все это принадлежит мне. И только я буду решать, в какой музей отдать реликвии и останки фараона. Войдя в палатку, ко мне спиной стоит Валадан и о чем — то спорит с высоким арабом. Парень явно злился, жестикулирует руками и без стеснения повышает голос на своего работодателя. Я стою молча, жду продолжения, пока высокий парень не замечает меня и не замолкает. Валадан видя изменения на лице парня, тут же выпрямляется и поворачивается ко мне. Я складываю руки на груди и жду объяснений. Валадан снимает очки и улыбается, делая вид, что вчерашнего разговора не было.

— А вот и она! — Вал смотрит на парня, — Азим, познакомься это Аврора Райт наш специалист и владелец находок в этих окрестностях. — Азим подходит ко мне, мы пожимаем руки.

— Рад, наконец, то познакомиться с вами мэм! — он говорит почти без акцента.

— И я! Ну что покажите, что вы нашли?! — Азим бросает на Вала странный взгляд. Я хмуро брови, они явно что-то скрывают. — Так, в чем дело? Азим? — парень бросает на меня быстры взгляд, а после опускает глаза.

— Мэм… — начинает он, я подымаю руку.

— Не каких формальностей, просто Аврора! А теперь расскажи что произошло. — Азим нервно сглатывает.

— Ночью, мои люди охраняли вход в туннеле которые ведут в гробницу.