О милом зайчике в кудряшках

Илья Коршун Корпушов

Дизайнер обложки Катя Баландина

ISBN 978-5-0070-3086-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

*Его не обязательно читать (но если прочтёшь — пурга станет чуть теплее).

Прежде чем ты погрузишься в эту лунный горизонт, в этот замшелый камень, в этот кусочек лосося, который делят на двоих… я хочу сказать тебе несколько слов. Тихих. Как снежинки на ресницах.

Эту историю мне однажды прошептал ветер. Или, может быть, озеро подо льдом. Я не уверен. Знаю только, что в ней живёт зайчик. Пушистый, с вечно румяными щеками, с ямочками, куда можно спрятать по капельке счастья, с острыми резцами, которые мелькают в улыбке. С кудряшками, пахнущими мятой и снегом. С глазами-озёрами, в которых можно утонуть. И его любовь, девушка ставшая очагом.

Это не случайность.

Когда я пишу, я представляю себе, как у любого человека сердце начинает биться медленнее, когда любимый проводит рукой по древнему мху. Как пальцы становятся теплее, когда кто-то рядом произносит: «Смотри, эта шишка помнит лето». Как трепещут ресницы, когда чувствуешь неловкость. И как хочется разделить последний кусок рыбы не из-за необходимости, а потому что иначе просто не можешь.

Ты спросишь: «Но кто же этот зайчик? Девушка? Парень? Волшебное существо?»

А я отвечу: тот, кого ты видишь.

Потому что любовь, которой дышит этот текст, не знает граф. Она не требует грамматического рода. Она приходит лунной пургой — и ей всё равно, как зовут того, кто сидит напротив на замшелом камне. Ей важно только одно: «Ты не замёрз?» И в ответ — доверчивая улыбка, от которой плавятся льдинки на ресницах.

Поэтому я оставил зайчика свободным.

Если ты, читатель, чувствуешь себя одиноким и ищешь настоящую любовь, без каких-либо ограничений и стереотипов, то зайчик станет для тебя символом этой любви. Той самой любви, которая приносит ощущение, что «всё важное уже рядом».

Мне не хотелось запирать эту историю в клетку Местоимений. Мне хотелось, чтобы она сама нашла твоё сердце — и легла там, свернувшись клубочком, как зайчик на снегу. Чтобы ты мог (ла) подставить к ней своё лицо и прошептать имя того, кто для тебя — вся вселенная.

Так что, пожалуйста, не ищи в тексте подсказок. Их нет. Есть только пурга, лосось, озеро подо льдом и двое, которые смотрят друг на друга так, будто от этого взгляда зависит погода на всей земле.

Дочитаешь — и, может быть, закроешь глаза. И тогда увидишь: кто-то уже сидит на замшелом камне, жуёт лосось и смотрит на тебя чёрными озёрами, в которых живут звёзды. И этот кто-то — твой. Твой зайчик в кудряшках. Тот, кого ты любишь. А больше ничего и не нужно.

Лунный горизонт

Есть в этой истории один образ, который не отпускает.

Это не линия на небе. Это место внутри тебя, где любовь перестаёт быть громкой и становится естественной, как дыхание леса. Как снег, который идёт сам собой. Как доверие, которое не нужно объяснять.

Зайчик в кудряшках живёт именно там — на стыке твоего сердца и чужого. И когда ты читаешь эти страницы, Лунный горизонт начинает светиться. Сначала слабо. А потом так, что уже невозможно оторваться.

Почему лосось — символ возвращения? Почему мох светится, если его гладить правильно? И зачем зайчику твои сомнения?

Ответы лежат не в сюжете. Они — в пространстве между строк. В том самом Лунном горизонте, куда ты сейчас шагнёшь.

Автор, который когда-то тоже не знал, что любовь бывает такой — без «он» и «она», просто "мы" и с ямочками на всю жизнь.

Ты уже понял (а): зайчик в кудряшках свободен от рода. Но это только половина правды.

Вторая половина — вот какая. Этот текст — не описание событий. Это запись того, как человек учится чувствовать. Не просто любить — а быть в любви как в доме. Не просто смотреть — а видеть. Не просто дышать — а вдыхать другого так глубоко, что его запах остаётся под рёбрами навсегда.

Героиня, чей голос звучит со страниц, проходит через внутренний путь. В начале она замирает перед зайчиком, боясь его спугнуть и не зная, что сказать. Но с каждой страницей она обнаруживает в себе нежность, которой раньше не чувствовала. Она учится общаться с мхом, слушать шелест шишек и понимать язык замёрзшего озера. Превращаясь из наблюдателя в часть природы, героиня открывает в себе любовь к окружающему миру. Эта любовь, как принцесса в сказке, становится её путеводной звездой. Зайчик в этом контексте — это символ, через который героиня находит путь к счастью и пониманию истинной любви.

Так вот о чём на самом деле эта книга. Не о том, кто с кем сидит на камне. А о том, что истинные чувства меняют саму оптику души.

До встречи с зайчиком героиня возможно, жила обычной жизнью. Работа, заботы, холодные ночи в одиночестве. И мир для неё был… понятным. Предсказуемым. Скучным. Но когда в её жизнь вошло это пушистое чудо с ямочками на щеках — мир взорвался красками, звуками, смыслами. Оказывается, в снежинках есть солёно-сладкий вкус. Оказывается, мох умеет светиться изнутри. Оказывается, ветер шепчет такие слова, от которых хочется жить вечность.

И это — чистая правда любого глубокого чувства. Когда мы любим — мы заново рождаемся. Мы начинаем замечать то, на что раньше не хватало времени или смелости. Мы становимся прозрачными, уязвимыми — и в этой уязвимости находим не слабость, а невиданную силу.

Так что, дорогой читатель, ты держишь в руках не просто сказку о зайчике. Ты держишь дневник превращения. Дневник того, как из одиночества вырастает близость, как из страха — доверие, как из обычного снега — волшебство.

И каждый, кто когда-либо любил по-настоящему, узнает здесь себя. Свою первую робкую улыбку. Своё желание протянуть руку и не отнимать. Своё «не надо красиво, ты просто будь».

Зайчик — это маяк. Но не только для неё. Он — маяк для тебя. Он показывает: внутри каждого из нас живёт тот самый тёплый свет, который способен растопить любую пургу. Просто иногда нужно время, чтобы заметить. И ещё один взгляд. И ещё одно утро, когда ты открываешь глаза и видишь: а вот оно, счастье. Свернулось клубочком у тебя под боком.

Поэтому не торопись. Читай эту историю так, как будто ты сам сидишь на замшелом камне. Вдыхай. Чувствуй, как где-то внутри отзываются слова. И знай: всё, о чём здесь написано, уже живёт в тебе. Просто до сегодняшнего дня у этого чувства не было названия.

А теперь — есть. Оно называется «зайчик в кудряшках». И он — твой. Тот, кого ты сам (а) выбрал (а) сердцем.

Если после этой книги ты вдруг посмотришь на снег и улыбнёшься — значит, мы с тобой поняли друг друга без слов. А больше ничего и не нужно. Правда.

О милом зайчике в кудряжках

Я тебя нашла…

В ту ночь лунная пурга была не злой, а скорее задумчивой. Она почти не мела, лишь осыпалась сверху редкими, пушистыми хлопьями, которые не жалили, а нежно облипали кожу, таяли на ресницах солёно-сладкими слезами. Небо казалось аквамариновым — светлым, с примесью синего, словно кто-то развёл ночь в стакане родниковой воды. И в этом полупрозрачном мареве я впервые увидел тебя.

Ты сидел на замшелом камне у самой кромки застывшего озера — и в нём, в этом озере, отражались твои глаза. Такие же чёрные, глубокие, с живым мерцанием где-то на дне. Я подумала: если нырнуть в них, то уже никогда не выплыть — и не захочется.

Твои кудряшки — мягкие, словно только что распустившиеся папоротники — трепал ветер. Они то закрывали уши, то вдруг открывали их, и тогда ты смешно поводил одним ухом, прислушиваясь к пурге. А потом ты улыбнулся. И в этой улыбке было столько света, что даже лунная ночь показалась мне ярким полднем. Я увидела твои нежные зубки — с двумя острыми резцами, которые делали тебя похожим на маленького, но отважного лесного духа. А на щеках — вечно румяных, как два лепестка дикого пиона — появились ямочки. Совсем крошечные, но в них, казалось, можно спрятать по капельке счастья.

— Ты не замёрз? — спросила я шёпотом, боясь спугнуть это видение.

Ты мотнул головой, а потом вдруг протянул мне что-то. Я наклонилась — это был кусочек лосося, янтарно-розовый, ещё хранящий прохладу реки.

— Это мне? — удивилась я.

Ты кивнул и так мило, так доверчиво засмеялся, что я понял: ты любишь рыбку. Особенно лосось. И делишься самым дорогим. В моей груди тогда что-то оборвалось и завязалось заново — более крепким, неразрывным узлом.

Мы сидели рядом, и пурга укутывала нас в свой мягкий кокон. Я смотрела, как твои кудряшки серебрятся от инея, как твои глаза тонут в тенях, то вспыхивают отражением моей собственной радости. И чувство, которое поднималось во мне, нельзя было назвать просто «влюблённостью». Это была искренняя, до боли нежная любовь. Та, что не требует ничего взамен — только видеть, как ты жуёшь свой лосось, как ямочки на щеках появляются и прячутся, как острые резцы мелькают в улыбке.

Может быть, однажды эта ночь забудется. Сотрётся под тяжестью других ночей. Но я точно знаю: образ тебя — милого зайчика в кудряжках, с глазами-озёрами и вечно румяными щеками — останется в моей памяти навсегда. Как самый светлый, самый тёплый сон, который я когда-либо видел наяву.

И если вдруг ты спросишь меня через много лет: «А ты помнишь?» — я просто улыбнусь в ответ. Потому что такую любовь не забывают. Ею дышат.

Мы сидели молча. Я боялась дышать, потому что каждый выдох поднимал в воздух крошечные льдинки, и они, кружась, оседали на твоих кудряшках. Ты походил на ожившее облако, которое кто-то случайно украл у рассвета и посадил на этот камень среди зимы.

Пурга постепенно утихала. Луна выглянула из-за рваных туч и залила всё вокруг светом — не белым, а каким-то древним, голубоватым, будто вода в горном озере на закате. И в этом свете ты обернулся ко мне всем телом. Твои большие глаза теперь смотрели не вдаль, а прямо в меня. Я почувствовала, как что-то тёплое разливается под рёбрами — словно там, в груди, зажгли маленький, но очень упрямый фонарик.

— Расскажи мне что-нибудь, — вдруг попросил ты. Голос у тебя оказался тихим, чуть хрипловатым, как треск первого льда на реке.

Я растерялась. Что можно рассказывать зайчику в кудряшках, который ест лосося и улыбается так, что у него на щеках появляются ямочки? Разве есть слова, достойные такого слушателя?

— О чём? — спросила я.

Ты задумался. Покрутил в пальцах — нет, в лапках, потому что они были именно лапками, мягкими и пушистыми — кусочек замшелого мха. Потом посмотрел на меня и сказал:

— О любви.

Я тихо засмеялась, чтобы не спугнуть ночь.

— Но я же смотрю на неё прямо сейчас, — ответил я. — Зачем о ней рассказывать, когда она сидит напротив и жуёт лосось?

Ты замер. Резцы твои показались на мгновение — острые, белые, почти детские. А потом ты опустил глаза, и румянец на щеках стал гуще, темнее, словно кто-то добавил в акварель каплю вишнёвого сока.

— Так нельзя, — прошептал ты. — Нечестно.

— Что именно?

— Говорить такие вещи просто так.

Я наклонилась ближе. Снежинка упала мне на губу, и я сдула её. Ты поднял глаза — и в них, в этих ночных озёрах, я увидел себя. Маленького, растерянного, но бесконечно счастливого.

— Это не «просто так», — сказал я. — Это искренне. Я не знаю твоего имени. Не знаю, откуда ты пришёл и куда уйдёшь, когда закончится эта пурга. Но я знаю, что никогда не забуду, как ты делился со мной лососем. Как твои кудряшки пахнут мятой и снегом. Как у тебя дрожат ресницы, когда ты смущаешься. И если это не любовь — тогда пусть у всего в мире не будет названия.

Ты молчал долго. Так долго, что я уже испугалась — не сказала ли лишнего. Но потом ты вдруг взял мою ладонь в обе свои лапки. Они были холодными, но мягкими, как два кроличьих уха, которые решили согреть меня.

— Я тоже, — выдохнул ты. — Тоже чувствую. Только не умею так красиво говорить.

— Не надо красиво, — улыбнулась я. — Ты просто будь. А я буду смотреть.

И мы снова замолчали. Пурга улеглась окончательно. Луна повисла прямо над нами, и её свет стал густым, почти осязаемым — из него можно было бы шить платья для фей или зайчиков в кудряшках. Где-то далеко, подо льдом, вздохнула рыба. Может быть, лосось. Может быть, просто ветер.

Я знала, что эта ночь кончится. Что придёт утро, и снег растает, и, возможно, ты исчезнешь, как исчезают самые лучшие сны. Но пока ты сидел рядом, положив голову мне на плечо, а твои кудряшки щекотали мою шею — пока длилась эта минута, я была самым богатым человеком на земле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

О милом зайчике в кудряшках Илья Коршун Корпушов

О милом зайчике в кудряшках

Полная версия

Другие книги автора: