Простота
Просто о простом
Игорь Владимирович Лысов

ISBN 978-5-4483-8627-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Амурное

В одном из южных городов, точней на крыше дома,Сидели целясь в горожан, амуры Том и ТомаТом выбирал прекрасных дам, а Тома пареньков,Их луки били наповал, людей всех возрастов.Работы много как всегда и Томочка пыхтела,Крылом махал на Тому Том, чтоб Тома не потела.– О, этот точно не любил, надутый как индюк,А рядом квелая жена, она из тех, из злюк.– Давай ка Тома по нему, чтоб знал зачем живет,А я жене вонжу стрелу, а то ведь пропадет.Тут пара будто невзначай, тихонько обняласьИ к дому все быстрей, быстрей галопом понеслась.Амуры стрелы расстреляв, хотели улетать,Ночная смена прилетит и надо уступать.Осталась лишь одна стрела у Томы в колчане,Одну нельзя стрелять в людей, иначе быть беде.Усталые, с последних сил, тихонько собралисьВзяв курс на огненный закат, как гуси подались.Внизу деревни, города, мишени тоже тут,А Тому мучает вопрос, куда стрелу пульнуть?Ведь надо парочку найти, чтобы любил один,Второму сердце прострелить чтоб счет 1:1Заряд кладет на тетиву, выискивая цельИ видит парочка идет ей прямо под прицел,Но то ли ветер шалопай, или закат в лицо,стрела вонзилась просвистев, Тому под крылоЗа всю историю свою, такого не бывалоИ Тома бледная лицом, финала ожидала…В одном из южных городов, точней на крыше дома,Сидели целясь в горожан, амуры Том и ТомаТом отдувался за двоих, план требует завхоз,А Тому по утрам тошнит и мучит токсикоз.

Сутки

Ночь-царица хаоса земноговсепоглащающая тьмасебя ты ставишь вне законаЛюбви помошница и Зла.И в сумраке твоем бездонномтворят безумные делакому-то звезды стали домомкому любовь, звезда зажгла.Но даже ты совсем не вечнауж мелочь желтая тускласветает там, у горизонтаприходит Утро, как всегда.Конечно, Утро -это праздник,прогонит сумрак, свет зажжети ветер утренний проказникостатки сонные смохнет.Откроет тайны после ночиросы напьется на зареили дождем возьмет намочитнапоит кофе с крем-брюле.Светило выше на ступень,не видно грани меж событийна смену Утру входит Деньздесь полновластный он правитель.И вот он День-средина сутоктебя встречают за столомтрудяга, светел твой рассудокведь столько сделать можно днемНапоишь светом всё земноетеплом насытишь городаИ Днем такое все родноедеревня, поле и река.Звезда на запад пошатнуласьона как главный тут диспетчервот леса лучиком коснуласьуходит День, приходит Вечер.Чуднеет. Вечер. Самый жданныйЗемля от суеты мирскойпокоя ждет, ведь он желанныйдля жизни нашей непростойРомантик с маской полутемнойнакроет ужин, закадритдорога лентой транспортернойдомой с работы побежит.Ты полусказка, полусонзачинщик праздника хмельноготихонько уступаешь трон…Царице хаоса земного.

Боль

Почему не отпускаешь, Боль сердечная моя?Ты наверно что-то знаешь, то чего не знаю я?Мы ж с тобой договорились и друг другу поклялисьЧто глаза на всё закроем, наплюём на эту жизнь.Что же ты не угомона, почему так больно мне?Так наверно это Совесть, теребит тебя во сне?Отгони её подальше, вместе с Правдой отгониНе дают покоя эти, две подруги, в наши дни.Боль моя, повеселимся, я вина уже купил?Улыбнутся наши лица, день по пьяни, станет мил.Запоем шальную песню, брата Хама напоИмИ, пойдем потом все вместе или просто постоим.Не согласна пить со мною, или Совесть не велит?Хорошо, сдаюсь, не спорю, только очень уж болит.Вот и мучаюсь с тобою, Боль сердечная моя,Может, ты уже отстанешь, отдалишься от меня?

Неделя с днём

Считает поезд рельсов стыки,Виски считают сердца стук.От дома память тянет мысли,Неугомонна, как паук.Всего на восемь долгих суток,Я уезжаю от тебя.Скучает, мечется рассудок,Как неразумное дитя.Душа не хочет расставаться,Страдает, как весной сурок.Терпение смогло сдержаться,Стоит у кадыка комок.Гляжу в окно, в ночное небо,Смотрю в глаза большой луны,Туда ты смотришь тоже, чтобыВстречались взгляды, мысли, сны.Стоишь. Фата из звездной пыли,Колье с Полярною Звездой,Под ноги Млечный Путь стелили,Тебе медведи с добротой.Из черных дыр выходят Овны,Стучит копытом Козерог,А Львы небесные, огромны,Мурлычут у прекрасных ног.Весы отмерят наше счастье, Наполнит Водолей бокал,Утащит прочь Телец ненастьеИ Близнецы откроют бал.Навстречу я, в костюме строгом,Застряли звезды в волосах,Таким блистательным итогом,Заключим брак на небесах.Там Рыбы будут тамадамиА Скорпион конферансьеИ Дева с грустными глазамиРассыплет банку монпансьеКружИм, танцуем во вселенной,Внизу далекая Земля,На зависть публике почтенной,С тобой обнимемся любя.Стучат стаканы языками,Я провожаю дивный сон,Лишь восемь суток между нами,Неделя с днем, неделя с днем.

Ночь. Иду

Ночь. Иду. Поднимаю башку,конопатое небо, немое.Встал. Стою. Ничего не хочуи смотрю на него, живое.Тихо. Классно. Хочется выть,просто орать, прикольно.Лето. Космос. Всё позабытьи на душе привольно.Лёг. Трава. В небе лунасмотрит в лицо, приятно.Звезды. Ветер. Небо без дна,все это здесь, понятно.Встану. Пойду. Совсем не хочу,скоро рассвет, надо.Иду. Ворчу. Песню хочу,завтра спою, ладно.

Зло

По большой Руси широкой,Зло шагает с топором,и идет своей дорогойи стучится в каждый дом.Где то ей не открывают,где то нету никого,где то жарко обнимают,подтверждая с ней родство.Обходя тихонько храмы,и веселья сторонясь,Зло несется по ухабамза заблудшими гонясь.А догонит так и сразуобнимает и зудитговорит такую фразуцензор сразу запретит.Говоря по человече,заставляет всех кусать,или просто изувечить,или сильно так достать.И махает топором,слюни изо рта летят,– вот увидишь, что потомразом все тебя простят.– Посмотри как все достали,Зло качает головой,– Нам ли братец быть в печали– На топор, пошли, герой!И до боли стиснув зубыя иду, ее терплю,мне бы вместо неё бабудаже злую, полюблю!Так идем, оно отстало,зазевалось по пути,на кого -то там орало,и плевалось на других.Я моментом окрыленныйпобежал что было силЗло вдогонку материлось,чтобы я притормозил.Забегаю с лёту в церковьтам Добро сидит: «Привет»и без всяких там концертов:«С богом будь» и весь ответ.Светлым я иду из церкви,только слышно вдалеке,как шипит там где то злоба,у невеж на языке.

Эмоции облегчённый вариант

Измятой салфеткой лежат мои чувствав сердце на самом краю.На арфе из нервов играет обида,она не привыкла к вранью.В мозг через уши влезает отраваиз яда истерик и лжи,висит на ресницах усталость-шалаваи совесть встает на ножи.В глаза изнутри слабость тихо стучится,толкает наружу слезу,и клеткам уже не восстановиться,слюна исчезает во рту.Неспешно скользит вниз по сухожилиямзло к небольшим кулакам,по венам, по нервам, по вздутым прожилинамэмоции бьют как там-там.Душа озираясь сидит в уголочке,ей чужды такие дела.И мысли текут заполняя здесь строчкикоктейлем из гнева и зла.И прежде чем будете хлопать в ладоши,раскрылся мол гад, посмотри,поглубже себе загляните вы в души,и кто-то захочет петли.

Степь

Степь. Простор. Ковыль волнАми,Гладит спину ветерок,Солнце хвалится лучами,Щурится, стоит сурок.Горьковат с полынью воздух,Надышаться не могу,Дайте мне немного роздых,Щас разуюсь, побегу.Степь звенит, гудит, живая,С прожелтешками трава.Это здесь, кусочек рая —Солнце, неба синева.Шмель жужжит, цветы целует,Неуклюж, как бомбовозДаже кажется, флиртуетПосле трёх нектарных дозВдаль дорога тянет душу,Вслед за солнцем на закатИ ручей – кровинка сушиОн дороге сводный братСтепь весною, как невестаЖизнерадостна, в цветах,Нет на свете краше местаМожет только в облаках?

Попутчицы

Распахните предо мной даль бескрайнюю,До чего ж ее люблю Русь печальную,Не объять тебя руками, не получится,Лишь тоска со мной шагает как попутчица.Ни один десяток лет вместе шаримся,От сумы и от тюрьмы зарекаемся.До того она родная стала, гадина,Чтоб ты, сволочь, у меня была украдена.Не даешь моей душе ты веселиться,Не пора ли тебе, сука, удавиться.И еще её сестра-одиночествоПосещает иногда как пророчество.Неужели в тебе, Русь печальная,Лишь тоска и одиночество главные.У других в глазах я видел веселие,Позитив там справлял новоселие.Может, бросить сеструх, да покаяться?Улыбаться ходить, не печалиться.Да боюсь у меня не получиться,Больно близкие стали попутчицы.

Чуждое

Не принимают вас к себе погосты.Бежали в смерть, поверя клевете.На душах самомнения наросты,Таких не распинают на кресте.Послания, записки. Для кого?Что прочитают в них живые люди?Оправдываясь смыслом: «Жизнь г..но»Не дождались, что поднесут на блюде?Боитесь жить? Я логики не вижу,Ведь смерть страшнее, это навсегда,Идёте к краю,ближе,ближе,Когда же разум, слышит слово: «Да»?Веревки, яды, бритвы и ножи,Высоток крыши, или просто речка,А дальше темнота, вы – миражи,Везёт тому, кого хранит осечка.Я презираю вас, кто выбрал суицид,И вырву вас из памяти навечно,Таблеток горсть, и обеспечен стыдДрузьям, любимым и родне беспечной.Ударит молотом, известие друзей,Родня узнает, как их сердце ноет,Любимым будет в сотни раз больней,Они свою любовь не упокоят.Не ставят на могилах вам крестов,И грех такой, другие не оплатят,Уйти смогли вы быстро и без слов,А вот вернуться, вечности не хватит.

Размышления (несерьёзные)

Я в мир пришел со страхом и слезами,И болью матери напомнил о себе,Еще слепого меня туго пеленали,Боролся, но проигрывал в борьбе.Оковы с детства только закаляли,Я в памперсах, уже хожу вовсю,Машу руками, брызгаю слюнями,Короче бестолочь, играю в «поросю».От «пороси» до школы полшага,Иду с цветами осенью учиться,Ещё тогда я думал, нафига?И как же мне все это пригодится?Хожу учусь, доходит, но с трудом,И вроде понял, но все как-то туго,Но виноват мне кажется роддом,Что довели ребенка до испуга.Ежовых рукавиц я не боялся,Отец ремнем тренировал мой зад,На этот мир ругался, огрызался,Но жизни в целом, я конечно рад.А после школы, жизнь совсем другая,Никто не будет нянчить и жалеть,Уже своих детей мы туго пеленаем,Забыв, что лучше пряник, а не плеть.

Апрельские думы

Пухнет от мыслей моя головаСколько ж скопилось такого добра?Думаю утром и думаю днемКак это «пламя» назвали «огнем»?Что откусить? Какое число?Как бы мне крышу совсем не снеслоЯ гений наверно с такой головойОна уже весит как улей большой.Надо поменьше бы всяких мыслейТреснет мой череп, я думал с яслейДумы о мыслях, мысли до дрожиЧто о чем думает, думаю тожеВсе-таки скоро я точно умруДумать постольку нельзя поутруХватит, скажу я себе, прекратиДумать о мыслях своих не хотиЛучше не думать совсем ни о чемМячик гонять или драться мечомДумаю только не будет и там,Покоя таким, гениальным мозгам.

На восток

Шерсть клочками на старом верблюде,Чуть хромает, идёт великанПо пескам, по барханам, в безлюдьеСорок суток таскал нас шайтан.Мы последние, нет каравана,Дервиш старый и старый верблюдТолько строчки святые КоранаНам на небо уйти не дают.Получил я его верблюжонкомБелоснежным и грустным такимВсё ласкал, называл «Салажонком»Ревновал до безумства к другим.Белый круг, словно око пророкаСверху смотрит, безжалостно жжётС другом старым бредём одинокоНу, зачем нас аллах бережёт?Нет воды и нет мыслей, движеньяГубы в кровь, язык к нёбу прилипИ в мозгу начинает брожениеЧто верблюд в горбу воду хранит.Солнце разум забрало и совестьНо скотине в глаза не смотрюЯ закончу сейчас его повестьИ быть может, продолжу свою.Одурманенный зноем, на нервахЯтаганом кровавым клевалТело друга и душу наверноНо напрасно я воду искал.Засыпаю. Рыдаю. УсталТочно знаю, уже не проснутьсяИ пронзительно воет шакалОн-то знает, что нам не вернуться.Медью плавится солнце. СадитсяПодводя дня земного итогИ спешит всё земное напитьсяТой прохладой, что дарит Восток.

Два неба

Взор затуманенный, к небу вверх,Губы неумелую молитву жуют.Лишь небеса могут помочь из всех,Кто раньше другом был, теперь плюют.Из густого тумана завтрак, пью,Не насытиться мне этим варевом.Болью с воздухом я дышу, стою,А мне кажется – елей с ладаном.Берег обрывистый, река вниз,Небо в реке, отражает свое нутро.Два неба на выбор, куда нестись,Вверх, это в рай, вниз, это в ад на дно.До расстрела не видел я красоты такой,Два восхода отталкиваются от себя.Изогнулась река, старой клюкой,Мелкой волной небо в себе дробя.Превращается в золотой из кровавого,След от солнца, хорошего, тёплогоИ рыбёшки из русла корявого,Гостя с берега ждут, не первого.Разорвусь, разделюсь, разомкнусь на два,Душа вверх поспешит, отмываться в райВода тело возьмет, как похоронку вдоваНе очистить водой, грехов через край.Был такой же, как этот восход,Только я в числе тех, кто стрелял.И смотрел сквозь прицел вперед,Помню, кто-то меня умолял.Всё, конец моей жизни двойной,Как прожил, так и издохну тут.И два ворона, один надо мной,По реке второй, оба тела ждут.Один взмах руки и команда: «Пли»!,Солнце от выстрела дернулось,В небе там наверху, ждут меня журавли,А внизу мне плевать, что осталось.

Восточный базар

Я в Самарканде, восточный базар,Струнами тренькает старый дутар.Волшебное место, тут время не властно,Его просто нет, его взяли здесь в рабство.Кричат зазывалы, менялы, торговцы,Здесь каждому есть свое место под солнцем.Окутают лаской и лестью с улыбкой,Поддался, рука уже в сладости липкой.Базар – целый город, базар – целый мир,Даёшь уболтать себя – ты их кумир.Приправ ароматы, можно упасть,Халва и щербеты – восточная сласть,Чак-чак, козинаки, цукаты, бадам…Смотреть невозможно, всё пробую сам.От запаха плова кружит голова,Самса и чучвара, пленит бастурма.Арбузы «как сахар» и дыня «как мёд»Беру, тяжелею и дальше, вперёд.Я сыт и напоен, им больше не нужен,Иду улыбаюсь, как будто контужен.Несет меня дальше людская толпа,Кричит зазывала и тянет: «айда!»Он знает один, что где лучше купить,И снова даешь себя уговорить.Посуда, горшки, одежда любая,Есть даже, наверно, рога от трамвая,Лампы блестящие, в каждой свой джинн,И каждую купит простак АладдинСмотрю на ковры, работы ручной,Ковер-самолёт в сказках точно такой.Смуглый узбек, как Ходжа Насреддин,Едет на ослике, как господин.У золота долго стоял я волнуясь,Здесь не получиться взять не торгуясь.Дыня подмышкой, тюрбан на башкеИ что-то живое в дырявом мешке,Какие-то фрукты и даже хиджаб,Тащу эту гору, как вьючный ишак.Торгуюсь со всеми, зачем-то беру,Жадные взгляды дарю серебру.Нужно, не нужно, набрал я всего.Лёгкость на сердце, в кармане легко.И радостно мне, два пакета с хурмой,Восточный базар, я пожалуй домой.

Отрывной

На стене, под ходячими ходикамиОтрывной календарь для удобстваИ деньки наши тонкими плотикамиОтрываем не думая, просто.Поутру с головою взъерошеннойИ по времени тут в настоящемОтрываем вчерашнее, брошенноеВ миксер прошлого быстро – таящее.Так же шлепают шлепками ходикиКаждый шаг, оставляя в историиПревращая листы в пароходики,Что плывут по своей траектории.Цифры-даты вчерашнего прожитогоНе волнуют сегодня, не трогаютРазжигаем костры днями прошлыми,А часы все шлёпают, шлёпают.Друг за другом листы, день за днёмДенёк завтрашний дышит вчерашнемуИ гори день прошедший огнем,Открывай глаза настоящему.

Я люблю

За окном матерится метель,Превращая дороги в равнины,А в душе развалился апрель,Ты и я, мы вдвоем у камина.Из последних барахтаюсь сил,Я в волнах твоих слов откровенныхИ не зря видно небо просил,О желаньях своих сокровенных.Я люблю, как никто никогдаИ ты чувствуешь это, ты знаешь,Эти чувства как в море вода,Понимаешь, когда заплываешь.Мне тепло и уютно с тобой,Ты такая родная-родная,Этот взгляд, этот взмах головой,Я гляжу на тебя не моргая.Одурею от чувств, захлебнусь,Онемею слова подбираяИ тихонько к тебе прикоснусь,Я губами все грани стирая.И пусть стонет февраль за окном,И метели бьют ветром прохожих,Уложу и окутаю сномИ любовью окутаю тоже.Потрещат и затихнут дрова,В полудрёме слипаются веки,«Я люблю тебя», эти слова,Я скажу тебе вновь на рассвете.

Про Жизнь

Ты помнишь Жизнь моя, как начинали?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

ПростотаПросто о простомИгорь Владимирович Лысов

Простота. Просто о простом

Полная версия

Другие книги автора: