Вдвоём против всех

Цикл «Ангел&Демон»

Анна Денисова

Оформление обложки Leonardo

ISBN 978-5-0070-2583-6

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Цикл «Ангел и Демон», книга первая.

Часть первая

25 мая

Сегодня двадцать пятое мая. Сегодня мне исполнилось двадцать пять. Я стою на крыше высотки и смотрю вниз на город, который никогда не спит — большой, шумный и безразличный. Диск солнца скрылся, и розовый шлейф растянулся вдоль горизонта. Воздух пропитан озоном, а вдалеке слышны раскаты грома. Что привело меня сюда? Наверно, инфантилизм. Ну, и последняя фраза мачехи: «Раз тебя всё достало, пойди и прыгни с крыши!».

Обо мне всегда кто-то заботился. Причем в основном папа, потом муж и снова папа. Мама умерла, когда мне исполнилось пять. Именно тогда я попала в секцию по спортивной гимнастике, которая и стала смыслом существования. Мне всегда казалось, что жизнь прекрасна, но она беспощадно подкидывала новые и новые сюрпризы. После серьезной травмы спины пришлось уйти из спорта. Муж — моя защита и опора, — разбился в аварии через год после свадьбы. Я полгода жила, словно в коме: два нервных срыва, неудачная попытка упокоиться с миром и следом психиатрическая клиника. Если бы не отец, я бы не выбралась из той ямы. Он заставил жить снова. Заставил поверить, что мир по-прежнему прекрасен. А теперь и он меня покинул. Единственный родной человек на этом жестоком свете. Жестоком и несправедливом. Папе было всего сорок четыре, обширный инфаркт. Скандал с мачехой стал последней каплей. Итак. Нет ни любимых, ни любящих, ни цели. Оставлять этот мир жалко, а оставаться больно. И эта дилемма разрывает на части. Вот бы кто-нибудь мудрый пришёл и решил все проблемы. Но ведь так не бывает.

Уже совсем стемнело, лишь вспышки молний освещают небесное пространство. Грохочет гром. Накрапывает дождь. В горле першит от горького табачного дыма. Никогда не курила, не следовало и начинать. Выбрасываю недокуренную сигарету. Маленький огонек летит в темноту. В наушниках бьет Evanescence:

«…Without a thought, without a voice, without a soul.

Don’t let me die here,

There must be something more.

Bring me to life».

Пальцы неосознанно касаются золотой цепочки на шее. Последний папин подарок. Я вздыхаю. Расставляю руки, закрываю глаза… Вот бы отрастить крылья и улететь.

Сила гравитации тянет тело вперед, и я действительно вот-вот полечу, только не вверх, а вниз. Внезапно охватывает паника. И простая до одури мысль: я не хочу умирать. Все происходит, как в замедленной съемке: порыв ветра обдаёт лицо, и чьи-то руки обхватывают талию. Меня тянет назад, смартфону везет меньше. Он вываливается из кармана, скрывается во мраке, волоча за собой наушники, и глухо ударяется о припаркованную машину. Я снова на крыше, лежу на чем-то теплом и мягком.

— Приземление на троечку, надо будет над этим поработать, — шепчет в ухо знакомый голос. В ноздри ударяет до боли знакомый древесный запах. Да быть не может! Я вскакиваю как ужаленная. Мой спаситель тоже поднимается и отряхивается.

— Алекс?! Леднёв?! — не верю ни глазам, ни ушам, ни происходящей реальности.

Внизу верещит машина, на которую, по всей видимости, упал мой смарт.

— Новикова, ты совсем спятила или летать научилась?

— Какого, блин, банана?!

— Вот спасай тебя после этого. Никакой благодарности, — Леднёв театрально закатывает глаза.

— А я не просила меня спасать, Бэтман хренов!

— Только давай без оскорблений!

— Как ты вообще здесь оказался?

— Отсюда, знаешь ли, вид лучше.

Я сажусь на бортик крыши, и Алекс присаживается рядом.

— Что, прям совсем все так плохо? — он обнимает за плечи, и меня вдруг прорывает, я захлёбываюсь рыданиями.

— Началось в колхозе утро, — в сердцах бросает Леднёв и протягивает мне платок. — Ну, перестань, Кир, ты же чемпионка.

Я устало смотрю на него, размазывая по щекам слёзы.

— Да! И не надо так смотреть. Новикова, брось разводить сырость. Вон, дождь пошёл, — он поднимается и протягивает руку. — Раз планов на вечер у тебя все равно нет, предлагаю выпить. И можешь ничего не рассказывать, если не хочешь. Поедем, отпразднуем твоё второе рождение.

— Только после первого. У меня сегодня день рождения, — поясняю я, не переставая хлюпать носом.

— Вот и отпразднуем, я знаю отличное место! — не дождавшись ответа, он сгребает меня в охапку и волочет с крыши. — Давай бегом, а то промокнешь.

Мы спускаемся, и Алекс бесцеремонно заталкивает меня в свою машину. В голове стоя аплодируют тараканы; кажется, я ещё об этом пожалею.

***

Алексей Леднёв был «звездой» института. Яркий представитель золотой молодежи, капитан волейбольной команды, а также предел мечтаний всей прекрасной половины нашего учебного заведения. Поначалу, я тоже попала под его обаяние, но вовремя одумалась. Он, я и Рома — мой будущий муж, учились в одной группе.

Я попала в институт сразу на второй курс. После травмы спины на очередных соревнованиях, отец категорически запретил мне заниматься спортом. Он впихнул меня на экономический факультет института Физкультуры и спорта, да и то, только потому, что тот находился в двух остановках от дома. Поскольку я носила специальный поддерживающий корсет, у меня было освобождение от занятий физкультуры. Освобождение от физкультуры в институте физкультуры, не нужно говорить, что я была белой вороной. На меня сразу повесили ярлык «убогая».

На третьем курсе с меня наконец-то сняли злосчастный корсет. Как-то раз две пары по физкультуре поставили не в конце, как обычно, а в середине лекций. Домой идти не хотелось из-за напряженных отношений с мачехой, и я пошла на занятия.

— Новикова у тебя же освобождение, — озадаченно сказал физрук.

— Валентин Геннадьевич, я просто поприсутствую, мешать не буду.

Я устроилась на скамейке рядом с дверью в раздевалку и всю первую пару терпела издевки и косые взгляды.

На перемене самолюбие взбунтовалось, и когда преподаватель вышел, я вытащила стоявшего в углу, видавшего виды козла. Поставив трамплин и мат, пошла на исходную.

— Ой, смотрите, сейчас что-то будет, — выкрикнула первая язва на курсе.

— Убогая, может сразу скорую?

— Новикова, не вздумай! — узнала я вопль Ромы.

Я смогу. Знаю, что смогу, я делала это тысячи раз. Голоса сливались в один сплошной гул, но я их больше не слышала. Существовали только я и снаряд. Разбег, толчок, упор, сальто и приземление. Чисто. Я выпрямилась, вскинула руки вверх и молча, с гордо поднятой головой, пошла в раздевалку. Кто-то за спиной зааплодировал. После этого я стала игнорировать запрет отца на спорт, и начала втихаря посещать спортплощадку. Ах, да, убогой меня больше никто не называл.

В конце четвертого курса, заболел наш преподаватель по философии; произошли накладки в расписании, и две группы собрали в спортзале на пару по физкультуре. Физрук был, мягко говоря, не в восторге от такой рокировки, пошел выяснять, кто подложил ему свинью. У Ромы с Алексом произошла очередная стычка. Они часто вступали в словесную перепалку, но до драки никогда не доходило. А в тот раз назревало что-то действительно серьезное. Мне показалось жутко несправедливо, что за спиной Леднёва пять человек из его волейбольной команды, а Ромка совсем один. И я подошла.

— Шестеро на одного — очень смело, Леднёв.

— Что, Светлый, твой телохранитель, — гоготнул кто-то из команды Алекса.

— Кир, иди, я сам разберусь.

— Да, Новикова, иди, погуляй, или через козла попрыгай, — Алекс был зол, как никогда.

— Ты в позу встань, я прыгну.

Леднёв сверкнул глазами и приблизился ко мне, настолько близко, что я уперлась подбородком в его грудную клетку. Я инстинктивно отпрыгнула назад. Рома встал между нами.

— Давай замнем этот разговор, потому что здесь не время и не место.

— Ой, кто-то потерял свои яйца, — бросил парень из тусовки Леднёва.

— Ага, а она их нашла, — один из волейболистов кивнул в мою сторону.

Вокруг нас уже начали собираться «зрители».

— Ладно, Леднёв, расставим точки над «и», сегодня, в четыре, на стадионе. Один на один.

— Заметано, — Алекс кивнул в мою сторону, — трофей достается победителю.

В этот момент в спортзал вошел физрук и призвал всех к порядку.

— Какого черта, Кир. Я бы все уладил так, а теперь придется драться.

— Я знаю, что ты пацифист, но тебе придется его побить, потому что я не собираюсь быть трофеем!

— Так, Новикова, Светлов, что за разговоры, — вмешался Валентин Геннадьевич.

Драка получилась эпическая. Рома уделал Алекса, да еще на глазах половины института. Нет, Алекс, конечно, держался молодцом, но Ромка оказался круче. Трофей достался победителю. После этого мы с Ромой стали парой, а после окончания института поженились.

***

В нагретом салоне пахло кожей и автомобильным освежителем. Монотонные удары дождевых капель и ритмичная работа дворников действовали умиротворяюще, подобно движению металлических шариков «колыбели Ньютона». Недавний поступок казался импульсивным и глупым. Если бы Леднёва не оказалось на той крыше… Из раздумий выдернул голос Алекса.

— Ты как?

— Всё в порядке, всё просто супер! — бодро отрапортовала я. — Мы, что на Новорижское выехали? Ты куда меня везешь?

— Домой к себе. Ты не поверишь, но настоящая жизнь именно за МКАДом!

— Я думала речь идет о каком-нибудь баре…

— Вот уж не думал, что ты ходок по барам. Да не дрейфь, сейчас приедем, выпьем, покурим, посмотрим кино, — на распев произнес Алекс.

— Я не курю. И не шатаюсь по барам.

— Так я тоже! Видишь сколько у нас общего, — подмигнул он.

Я закатила глаза. Минут пять ехали молча. Алекс всё время посматривал в зеркало заднего вида. Я тоже начала всматриваться и заметила джип, который неотступно следовал за нами.

— Мне кажется или нас преследуют, — я кивнула в сторону джипа, который явно висел у нас на хвосте.

— Нет, — беспечно сказал Алекс, — тебе не кажется.

— Что им надо? — глупый вопрос, согласна.

— Без понятия. Хочешь это выяснить? — он начал сбавлять скорость.

— Нет! — я нервно замотала головой

— Я так и думал, — Алекс снова прибавил скорость.

Джип тоже ускорился. После непродолжительной гонки нас вынудили прижаться к обочине и остановиться.

— Сидишь в машине и не выходишь! Ясно?

— А ты?

— Пойду, узнаю, чего хотят.

Как только Алекс выходит из машины, меня начинает колотить озноб. Из джипа вываливаются трое. Странные, на бандитов не похожи, слишком субтильные. И похоже, что под каким-то запрещенным препаратом. Один тычет пальцем в кроссовер Леднёва. И кажется, смотрит мне прямо в глаза. Да, нет, это невозможно, стекла тонированные, он не может меня видеть.

Алекс возвращается и открывает дверь с моей стороны. На лице вся злоба мира.

— Блокируешь двери, ложишься на сиденье, и чтобы не случилось, головы не поднимаешь! — рявкает он и хлопает дверью так, что шумит в ушах.

Я включаю блокировку, но продолжаю сидеть и таращиться на происходящее. Потасовка не заставляет себя долго ждать. Леднёв сходу отправляет того, что тыкал пальцем в глубокий нокдаун, и он летит в кювет, теряясь в ближайших кустах. Двое других хватают Алекса и бьют о капот джипа. Я охаю и прижимаю к лицу вспотевшие ладони. Леднёв встает, делает жест а-ля «кто на новенького» и получает новую серию ударов. Нет! Так дело не пойдет, надо спасать положение. Выхожу из машины. К этому моменту первый уже вылез из кювета, и всё внимание приковано ко мне.

— Твою мать! — Алекс явно не в восторге от моего появления.

— Как дела, мальчики? — улыбаюсь так мило, как только умею. — Тачка наша понравилась? Так забирайте…

Леднёв испепеляет меня взглядом.

— Стас, займись ей, мы пока этого похороним, — двое утаскивают Алекса в кусты.

Тот, кто именуется Стасом, медленно «подплывает» ко мне и останавливается на расстоянии полуметра. Пока за деревьями кого-то мутузят, вспоминается пародийный стишок на Некрасова: «В лесу раздавались удары по морде и крики отдай кошелек…»

— Ну что, кузнечик, допрыгался? — скалится Стас.

Это что?! Клыки?! Его лицо освещают фары нашей машины, и, кажется, что радужка у него красная. Ни дать, ни взять упырь. Он ухмыляется, будто услышал мои мысли. Дальше срабатывает инстинкт самосохранения. Совершенно на автопилоте делаю двойной фляг назад. Но этот Стас каким-то образом снова оказывается прямо передо мной. Я встаю в боевую стойку, пора вспомнить уроки по самообороне. В это время на дорогу вылетает Алекс, сбивает с ног моего обидчика, и они вдвоем скатываются в уже опробованные кусты. Пять минут возни, и Алекс выходит с видом победителя, поправляя одежду.

— Новикова, ты наверно считаешь себя бессмертной? Я тебя удивлю. Это не так! — машет рукой. — В машину садись.

Я забираюсь в салон, пока Алекс делает на телефон пару фоток и набирает сообщение. Происходящее нравится всё меньше и меньше. Во что я ввязалась? Как ни в чём не бывало он садится за руль и даёт по газам.

— Ты как? — спрашиваю тихо.

Он смотрит и улыбается во все свои тридцать два.

— Кирюш, прекрасно, просто прекрасно. С твоим появлением моя жизнь автоматически превращается в карнавал.

Я-то здесь причем?

Минут двадцать тишину нарушает только магнитола, и я начинаю вслушиваться в песню по радио.

«Я подумала его увидев, несмотря на постоянный недосып

До чего же он хорош собою, до чего в себе уверен. Этакий сукин сын…»1

Украдкой смотрю на Алекса. Хорош, спору нет. Правильные черты лица, темные волосы, серые стальные глаза, обрамленные густыми ресницами, широкие плечи.

Только кобель и сволочь! Он замечает, что я его разглядываю, и ехидно улыбается.

— Я смотрю, ты все никак не напрыгаешься?

— А я смотрю, ты все никак одеколон не сменишь, — парирую я.

— Девочкам нравится, — он подвигается ко мне, подставляя шею.

— За дорогой следи.

Меня всегда удивляла реакция собственного организма на леднёвский запах, вот и сейчас по коже побежали мурашки. Не иначе, парфюм с феромонами.

***

За неделю до драки со Светловым Леднёв пригласил меня на свидание. Я задержалась в аудитории, сдавала курсовую по экономике. Когда вышла, направилась по полупустому коридору на следующую пару. По дороге меня перехватил Алекс и взял под руку. Он всегда так делал, когда ему было что-то нужно. Меня сразу окутало облаком его чарующий запах.

— Привет, чемпионка.

— Привет, — я остановилась, достала из сумки конспект по философии и протянула ему.

Он вскинул брови отыгрывая удивление. Вполне правдоподобно.

— Ты же за этим?

— Вообще-то, я хотел пригласить тебя на свидание, — он нарочито обиделся.

— Меня? — я не удержалась и рассмеялась.

Не то чтобы я была пугалом, но красавицей точно не была. Я была обычной. Рост ниже среднего, всего метр шестьдесят. Не обладающая модельными параметрами. Большие широко расставленные глаза, курносый нос и волосы цвета медной проволоки. В общем, до привычных девиц Леднёва с формами Барби явно не дотягивала. Так что приглашение на свидание от звезды института могло означать что, либо ему нужна помощь, либо…

— Признавайся, Леднёв, кому проспорил?

— Да ни с кем я не спорил. Просто хотел пригласить тебя на свидание, Просто, потому, что ты мне нравишься.

Он что смутился?! Кто бы мог подумать.

— Просто говоришь? — я недоверчиво прищурилась.

Он утвердительно кивнул.

— Знаешь, а я пойду с тобой на свидание.

— Правда, пойдешь?

Я закивала как китайский болванчик. А что такого? Во — первых, мне интересно, во — вторых, это же Леднёв.

— Куда за тобой заехать?

— Давай встретимся в «Панде»? Ну, в кафе на проспекте, там ещё ломбард…

— Я тебя понял! Сегодня в шесть устроит?

— Вполне.

— Я буду ждать, — и он так посмотрел. Кот в сапогах из Шрека сдох бы от зависти. Чертовы мурашки!

В общем, после его приглашения я две следующие пары летала, как на крыльях. Рома сразу заподозрил неладное.

— Кир, что у вас происходит с Леднёвым?

— Ничего особенного.

— Ты же понимаешь, он парень не серьезный…

— Ром, не начинай.

— Помнишь Риту?

Я кивнула. Рита была пассией Алекса: крашеная блондинка с кукольным лицом и модельными формами. Она училась в параллельной группе. В прошлом семестре они расстались с жутким скандалом.

— После каждого их расставания, он заводит новую девушку. Погуляет, поблудит и снова к ней возвращается. Кир, извини, но ты для него просто очередная, временная подружка.

Он слов Ромы стало невыносимо больно, но он был прав. Леднёв кобель тот ещё. Как я могла об этом забыть? Мои воображаемые крылья отвалились и с грохотом рухнули на пол. Я натянуто улыбнулась и похлопала Светлова по плечу.

— Да расслабься, ты, у меня с Леднёвым абсолютно ничего нет. И не будет.

Я решила, что не буду очередной зарубкой на леднёвской кровати и весь следующий день, старательно его избегала, но после занятий, он все — таки меня выцепил. Алекс, как обычно, по — хозяйски взял меня под руку.

— Я прождал тебя вчера до закрытия. Почему не пришла?

— Возникли срочные дела, извини.

— Тогда, может сегодня?

— Ты знаешь, я думаю, это была плохая идея. Давай оставим всё как есть.

Я высвободила руку и собралась уйти, но Леднёв развернул меня и прижал к себе. Блин, опять эти мурашки! Мои руки сами собой оказались у него на поясе. Пульс лихорадочно отбивал чечетку, пока я пыталась совладать с нахлынувшими эмоциями. Легкое касание его губ и на несколько секунд я выпала из реальности. Всё же мне удалось вырваться и улизнуть.

— Новикова, ты попала! — насмешливо крикнул мне вслед Леднёв.

Я резко обернулась, показала ему средний палец и рванула прочь из института.

***

На колено ложится рука, и я снова выныриваю из воспоминаний.

— Чего опять притихла? Сейчас приедем, выпьем, расслабимся, потом потренируем наскоки и соскоки, — недвусмысленно намекает он, — Смотрю, ты до сих пор хорошей спортивной форме.

— Сволочь ты, Леднёв! — я скидываю его руку. — Сволочь и кобель! Останови машину, я выйду!

Он мотает головой, блокирует двери и прибавляет газ.

— А то сиганешь, чего доброго. Каскадеры, каскадеры, — напевает он, —

Ведь опасности нам, в общем — то, пустяк

Это наша судьба

Мы не можем иначе2…

— Поешь ты хреново! — злобно фыркаю я.

— Грубая ты, неженственная.

***

Инфинити притормозил у ворот леднёвского коттеджа, и те автоматически разъехались в стороны впуская на территорию. Участок выглядел ухоженным, но голым: ровный зеленый газон и низкие кусты вдоль забора. Сам дом двухэтажный из темно красного кирпича с пристроенным гаражом. Из широких окон первого этажа струился свет. Над входной дверью горел фонарь, привлекая ночных насекомых. К дому вела дорожка из желтых каменных плит. Мозг сразу выдал ассоциацию с волшебником Изумрудного города. Гудвином великим и ужасным, который на поверку оказался великим обманщиком. Я взглянула на Алекса.

— Заходи, там открыто, я пока машину поставлю.

— Ты всегда держишь входную дверь открытой? — удивилась я.

Он что-то ответил, но я не расслышала. Пожала плечами и зашла внутрь.

Прихожая оказалась совсем маленькой. Здесь уместились только вешалка для одежды, тумба и огромное ростовое зеркало. Из прихожей вел длинный коридор: слева один за другим два проема, без дверей, справа лестница на второй этаж.

— Можешь не разуваться, — раздался голос у самого уха.

Как он так бесшумно подошел сзади? Я даже не услышала. Спецназ так не подкрадывается. Алекс помог снять куртку и повесил на свободный крючок.

— Не пугайся, не пугайся детка, заходи в мою большую клетку…

— Предупреждаю, я владею техникой самообороны, — зачем-то брякнула я.

— Видел я твою технику, моё кунг-фу круче.

Он взял меня за плечи и втолкнул в первый дверной проем. Это оказалась гостиная: просторная, но аскетичная. В центре стоял массивный кожаный диван, рядом кресло и журнальный столик. На стене, напротив огромный плазменный телевизор. Вдоль стены шкаф с книгами, бар и музыкальный центр. Я присела на край дивана и выжидающе уставилась на Алекса.

— Что будешь пить, чудушко?

Я пожала плечами. Леднёв взял быка за рога и принялся командовать.

— Значит, будем пить текилу. Порежь лимончик. Кухня сразу налево.

Я скорчила недовольную мину и поплелась в указанном направлении.

Как и догадывалась, та была оснащена по последнему слову техники. Встроенное оборудование, барная стойка, многоуровневый потолок со встроенным освещением, то, что все столешницы из настоящего мрамора, не вызывало сомнений. Особенно впечатлил холодильник. В нём имелось всё! Здоровенные холодильные и морозильные камеры, кофеварка, пароварка, микроволновка, кладовая, отсек для льда, даже встроенная панель телевизора. Да он один стоит как вся моя кухня! А Леднёв даже не использует это чудо в полном объеме. Там я нашла только пару лимонов, коллекцию соусов, нарезку и пару упаковок минералки. Марина душу бы продала, за возможность готовить на такой кухне. Воспоминание о мачехе неприятно ковырнуло. Нужно ей позвонить, она наверно волнуется. Меня позвал Алекс, и я тут же забыла о намерении сообщить своё местонахождение, и что со мной всё в порядке.

Покончив с нарезкой лимона, я кинула нож в раковину, разложила на тарелке тонкие дольки и вернулась в гостиную.

— Соли не нашла.

Он махнул рукой и протянул мне до краев наполненную рюмку.

— Ладно, так накатим.

— Я не пью такими дозами! — возмутилась я.

Леднёв поставил стопку на стол и протянул мне бутылку. Юморист. Я взяла рюмку и, задержав дыхание, опрокинула подобно заправскому алкашу. Алкоголь провалился внутрь, и в теле сразу образовалась приятная гибкость.

— Ну что по второй?

— Я, пожалуй, пропущу.

— Как хочешь.

Алекс выпил по второй, не морщась заглотил дольку лимона прямо с кожурой и откинулся на спинку дивана.

— Ну, рассказывай, что же такого случилось, что ты собиралась сигануть с крыши.

Вопрос прозвучал так неожиданно, что меня пробрал истерический кашель. Я зашуршала по карманам в поисках носового платка, пряча взгляд.

— Нормальные люди с крыш просто так не прыгают, а на слабохарактерную истеричку ты не похожа. Ты же чемпионка.

Меня так достало его «чемпионка», что я вскинула голову и огрызнулась.

— А ты обещал не спрашивать.

— Я сказал, что можешь не рассказывать, не спрашивать я не обещал. Ну, и?

— Давай лучше накатим.

— Да что вы за люди такие пьяницы! — деланно возмутился он и протянул мне наполненную стопку.

Вдвоём против всех Цикл «Ангел&Демон» Анна Денисова

Часть первая

Вдвоём против всех

Цикл «Ангел&Демон»

Анна Денисова

Вдвоём против всех. Цикл «Ангел&Демон»

Полная версия

Другие книги автора: