Японо-китайская война 1937—1945

Александр Матяшин

ISBN 978-5-0067-8674-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Японо – китайская война 1937 – 1945

Четыреста миллионов актёровФронт в десять тысяч лиВесь мир смотрит эту пьесуВ которой сражаемся мыТань Хань

Вступление

07.07.1937 года на мосту Марко Поло (Лугоуцяо) в окрестностях Бэйпина (Пекина) произошли вооружённые стычки между китайскими и японскими войсками. Данный инцидент стал отправной точкой Японо – китайской войны 1937 – 1945 годов.

Данная война вылилась в одно из самых грандиозных военных противостояний в истории. Людские потери Японии и Китая (до 35 миллионов погибших и раненных) сопоставимы с общемировыми людскими потерями за годы Первой мировой войны (до 40 миллионов погибших и раненных). По продолжительности данная война почти на два года длиннее Второй мировой войны, одним из театров военных действий которой она в итоге стала.

К сожалению, данная война мало известна в России. Это обусловлено множеством объективных и субъективных факторов: языковой барьер, смена власти в Китае после окончания Японо- китайской войны, ухудшившиеся после смерти Сталина отношения с КНР, сложность и продолжительность указанного периода и т. д.

Данная работа не претендует на статус серьёзного научного труда. Учитывая масштаб описываемых событий, можно утверждать, что данная тематика ещё ждёт своих исследователей. Данная работа призвана в общих чертах познакомить русскоязычного читателя с основными вехами Японо-китайской войны 1937 – 1945 гг.

Автор заранее приносит извинения за неизбежные искажения японских и китайских имён и топонимов. В данной работе используется кодовая система ссылок [1,1] – где первая цифра это название книги из списка литературы, а вторая цифра – страница в этой книге.

Краткая предыстория конфликта

23 октября 1868 года, в период правления императора Муцухито, в Японии началась эпоха Мэйдзи период, характеризовавшийся выходом Японии из самоизоляции и стремительным развитием страны. На японских островах было мало ресурсов и был крайне ограниченный рынок сбыта. В силу этого встал вопрос о территориальной экспансии. Самой очевидной целью для экспансии стала Корея, в ту пору находившаяся в вассальной зависимости от Китая (Империя Цин).

Столкновение с Китаем стало неизбежно, вот что писал по этому поводу японский фельдмаршал Ямагата Аримото: «В настоящее время высокомерная позиция китайцев в отношении Кореи, противоречащая интересам Японии, показала нашим офицерам, что рано или поздно следует ожидать великой войны на континенте, и вызвала в них интерес к приобретению знаний, так как до этого они ещё были совершенно непригодны для континентальной войны…» [1,123] Иными словами, японцы прекрасно понимали, что экспансия за пределы японских островов неизбежно приведёт к столкновению с Китаем.

Первым таким столкновением стала Японо-китайская война 1894—1895 годов. Боевые действия начались в Корее, но уже к октябрю 1894 года переместились на китайскую территорию, китайцы потерпели поражения у Пхеньяна, на Ляодунском полуострове, на реке Ялу, была проиграна битва за Вэйхайвэй. Менее чем за год японцы одержали победы и на суше, и на море. По Симоносекскому мирному договору Япония получила Тайвань (Формоза), Пескадорские острова (Пэнху) и Ляодунский полуостров. (его потом пришлось передать России, на этом настояли Россия, Франция и Германия не хотевшие чрезмерного усиления Японии, платил за это впрочем, Китай, обложенный дополнительной контрибуцией в 30 млн лян, в дополнение к уже имевшейся контрибуции в 200 млн лян). Китай также отказывался от прав на Корею. Первая проба сил оказалась для Японии успешной.

В 1899—1901 гг. по Китаю прокатилось Ихэтуаньское (Боксёрское) восстание, направленное против иностранцев. В подавлении восстания в составе «Коалиции восьми держав» активное участие принимал контингент японской армии в 20 тыс. человек. По итогам восстания Китаю навязали очередной неравноправный договор и обязали выплатить огромную контрибуцию в 450 млн серебряных лянов. (сумма увеличивалась на 4% в год, а японская доля составила 7% контрибуции.)

В конце 19 – начале 20 века Российская империя стала активно проникать в Маньчжурию и Корею. В 1897 году началось строительство КВЖД (Китайско-восточная железная дорога) в 1903 году дорогу сдали в эксплуатацию. Интересы Японии и России столкнулись, война стала неизбежна. В ходе войны 1904—1905 годов Япония разгромила российские армию и флот при Мукдене и Цусиме и вынудила сдать Порт-Артур. По Портсмутскому мирному договору Россия уступала Японии Ляодунский полуостров с городами Дальний (Дайрен) и Порт-Артур, а также ЮМЖД (Южно-маньчжурская железная дорога протяженностью 1022 км.) Японии во второй раз за десять лет удалось одолеть очередного сильнейшего противника. Корея признавалась сферой интересов Японии. Теперь ничего не мешало Японии аннексировать Корею и это произошло после подписания «Договора о присоединении Кореи» 22 августа 1910 года.

В Первую мировую войну Япония выступила на стороне Антанты. Войдя в число победителей, при минимальных потерях, Япония получила захваченный японской армией немецкий порт Циндао на Шаньдунском полуострове с прилегающей территорией в 552 км². (в 1922 году Япония под нажимом США была вынуждена вернуть Циндао Китаю). Также были получены Маршалловы, Марианские, Каролинские острова и остров Палау. Для Японии это была третья военная победа за 25 лет, и вновь над сильнейшим соперником, всё это в сочетании с японскими традициями образовало гремучую смесь Японского милитаризма.

По итогам трёх войн Япония приобрела плацдармы на континенте для большой войны с Китаем, и самое главное – уверенность, что такая война неминуемо будет успешна.

18 сентября 1931 года Япония начала новый виток агрессии в отношении Китая – оккупацию Маньчжурии. Этому моменту предшествовали ряд стычек между японцами и китайцами в различных районах Китая. По Корее контролируемой Японией прокатились антикитайские погромы. Ответом стал бойкот японских товаров китайцами: «С 1907 года китайские патриоты то и дело в отношениях с японцами прибегали к методам экономического бойкота: к началу 1930-х годов в стране прошло уже восемь общенациональных кампаний по бойкоту японских товаров» [2,185] Япония тяжело переживала экономическую депрессию, а в 1931 году на севере страны даже начался голод.

В такой ситуации выход японское руководство видело в дальнейшей экспансии для расширения ресурсной базы и рынков сбыта, вторжение началось как частная инициатива офицеров Квантунской армии (Мукденский инцидент – подрыв железной дороги на ЮМЖД), но затем было поддержано официальным Токио. Лидер правящей партии Китая – Гоминьдана (Цинская династия была свергнута в ходе Синьхайской революции 1911 – 1912 г.) Чан Кайши призвал не оказывать японцам сопротивления, надеясь на помощь Лиги Наций и понимая, что Китай не готов к большой войне, тем не менее столкновения между японской армией и китайскими формированиями всё же были, но китайское сопротивление носило неорганизованный характер. (Бои у моста Нэньцзян, бои в провинции Хэйлунцзян, бои у Цзиньчжоу, бои за Харбин – все они окончились победами японцев).

Чан Кайши не имел всей полноты власти в Китае и вынужден был считаться с провинциальными генералами – милитаристами (кликами), помимо этого, в Китае уже шла гражданская война между Гоминьданом (китайские националисты) и КПК (китайские коммунисты). Существовали разногласия и внутри самого Гоминьдана, Чан Кайши был вынужден лавировать между различными группировками внутри партии. Всё это крайне затрудняло отпор японской агрессии.

Японцы на завершающем этапе оккупации Маньчжурии собрали сильную группировку войск: до 260 000 человек, более 400 танков, свыше 1000 орудий и до 500 самолётов. Расчёт Китая на Лигу Наций не оправдался, Лига осудила агрессию и направила комиссию в Маньчжурию, но Япония просто вышла из этой организации.

Всё это обеспечило сравнительно лёгкий захват (за неделю с 18 сентября по 25 сентября 1931г. было захвачено 30 городов в провинциях Ляонин и Цзилинь!) 1931г. Японией огромной территории богатой природными ресурсами и населением в 30 миллионов человек. Потери японских войск при этом (по их данным) составили всего 572 человека убитыми и 1326 раненными. Уже 1 марта 1932 года была провозглашена «независимость» марионеточного государства Маньчжоу-Го, его лидером стал последний китайский император Пу И.

Советская КВЖД оказалась на территории японского сателлита и в 1935 году была продана Маньчжоу-Го по цене ниже рыночной, несмотря на то что за несколько лет до этого в 1929 году между СССР и Китаем произошёл вооружённый конфликт за контроль над КВЖД, окончившийся уверенной победой Красной армии.

Пастухов А. М. описавший эту войну в своей книге «Конфликт на КВЖД. Война, которую решили забыть» так описал дальнейшие планы новых хозяев дороги: «Японцы тут же начали развитие железнодорожной сети в Маньчжурии, преследуя двоякую цель – улучшить транспортное сообщение в колонизируемом регионе и подготовить ТВД (театр военных действий – прим. авт.) к ведению большой войны против СССР и Китая». [3,560]

Как писал советский вице-адмирал Александр Викторович Шталь комментируя итоги захвата Маньчжурии: «Овладение Маньчжурией – ключ к овладению прилегающим Северным Китаем, жизненные центры которого находятся в непосредственной близости к границам Маньчжурии, а следовательно, – ключ к господству над всем Китаем.» [4,87]

Дальнейшая экспансия японцев была неминуема. Для её обеспечения японцы проложили в Маньчжурии 1 тыс. км. железных дорог и 2 тыс. шоссейных. Были построены 43 аэродрома и более сотни посадочных площадок.

Ещё до завершения маньчжурских событий японцы начали подготовку к операции по захвату Шанхая. Шанхай был одним из 5 крупнейших портов мира и располагался на реке Вампу, притоке Янцзы самой длинной и полноводной реки в Китае. Это делало Шанхай крайне важным для дальнейшей японской агрессии. 24 января 1932 года в район Шанхая прибыли японские крейсер «Охи», плавучая база гидросамолётов «Ноторо» и 4 эсминца. К началу февраля эти силы были существенно увеличены «…была организована 3-я эскадра в составе 10 крейсеров, 24 эсминцев, 3 авианосцев, 11 канлодок, с общим числом 210 орудий судовой артиллерии, и десант морской пехоты с 48 орудиями сухопутной артиллерии» [4,115]. Китайский флот, дислоцированный в Шанхае, располагал двумя крейсерами и одним миноносцем и не мог оказать сколь-либо серьёзного сопротивления.

Вечером 28 января 1932г. командующий японской эскадрой адмирал Созава высадил десант в составе 3 батальонов морской пехоты с четырнадцатью бронемашинами, одиннадцатью танками, шестнадцатью лёгкими полевыми орудиями и восемью 122-мм гаубицами, приказав им начать внезапное наступление на Чапей и Северный вокзал. (районы Шанхая) Десант не смог выполнить поставленной задачи.

В отличии от событий в Маньчжурии, в Шанхае японцы встретили яростное сопротивление китайских войск и отступили. Стороны стали наращивать силы: на помощь к 19-й китайской армии (33 тыс. солдат, 24 орудия и 40 миномётов), оборонявшей Шанхай пришла 5-я армия (в её составе были 87 -я и 88-я дивизии, натренированные немецкими инструкторами), а японцы перебросили в район Шанхая 9-ю дивизию и 24 -ю бригаду. Весь февраль в городе шли ожесточённые уличные бои, японцы наступали при поддержке танков, авиации, корабельной и полевой артиллерии, китайцы отвечали засадами, контратаками, метким огнём с крыш зданий, строительством баррикад и проволочных заграждений.

Стремясь переломить ситуацию японское командование 29 февраля высадило крупный десант в Люхэ, на берегу реки Янцзы, во фланг и тыл китайским войскам. Китайская контратака не имела успеха, и 2 марта китайские войска начали отход из города, завершившийся на следующий день. По Шанхайскому мирному договору от 5 мая 1932 года Шанхай (а также города Куньшань и Сучжоу) объявлялся демилитаризованной зоной, Япония, однако, получала право держать там ограниченный воинский контингент.

Всего в Шанхайской операции Япония задействовала 60 тыс. солдат и офицеров, 150 танков и бронемашин, 180 самолётов, 63 боевых корабля (включая три авианосца и гидроавианосец). И это при том, что после лёгкого захвата огромной Маньчжурии, для захвата Шанхая по мнению японцев, понадобился бы всего один полностью боеготовый полк морской пехоты и несколько кораблей…

Несмотря на масштаб и кровопролитность боёв в Шанхае, китайское руководство и на этот раз решило пойти на уступки агрессору. Японцы, что называется «вошли во вкус», и продолжение агрессии не заставило себя долго ждать.

К концу 1932 года Япония сосредотачивает войска для захвата Шаньхайгуаня (восточная часть Великой китайской стены, север Китая). Ранее в ноябре ими был захвачен Шаньхайгуанский проход – узкая полоса территории (25 км) между берегом Ляодунского залива и горами Яньшань, соединяющая Маньчжурию с собственно Китаем. Через него проходила также железная дорога Мукден – Бэйпин (Пекин). Шаньхайгуань называли «ключом к столицам». (китайский вариант Смоленска).1 января 1933 года начались бои за город. По итогу трёхдневных боёв японцы заняли город, китайцы отступили на юг.

После этого начались бои за Великую китайскую стену. Плохо вооружённые и плохо организованные местные китайские гарнизоны тем не менее оказали ожесточённое сопротивление, используя стену для переброски войск и активно переходя в контратаки. Бои продолжались до 20 мая и окончились победой японцев.

С 23 февраля по 4 марта 1933 года Японские войска и подразделения коллаборантов из Маньчжоу-Го заняли провинцию Жэхэ на севере Китая. Вновь огромная территория была захвачена быстро и практически без боя.

В апреле маньчжурские и монгольские коллаборанты атаковали провинцию Чахар (Внутренняя Монголия) и заняли город Долон-Нур. Боестолкновения на этом направлении продолжались вплоть до конца 1936 года. 12 мая 1936 года было провозглашено Монгольское временное правительство (позже переименованное в Мэнцзян) ещё одно марионеточное государство, его лидером стал монгольский князь Дэ Ван Дэмчигдонров.

Очередной виток противостояния завершился 31 мая 1933 года мирным договором известным как перемирие Тангу, по его условиям Китай де-факто признавал власть Японии над Маньчжурией и Жэхэ, а также создавалась 100 -километровая демилитаризованная зона от Бэйпина до Тяньцзиня.

«Своеобразие японской интервенции в Китае в 1931 – 1933 гг. заключалось в полуколониальном характере Китая, на территории которого уже давно империалисты имели точки опоры в виде концессий, сеттельментов, военных флотилий и пр.» [4,135] Справедливости ради стоит сказать, что китайским националистам из Гоминьдана всё же удалось существенно сократить иностранный контроль над Китаем. Так к 1930 г. из 33 иностранных концессий в Китае осталось лишь 13, а количество стран граждане которых пользовались правом экстерриториальности на территории Китая сократилось с 16 до 4. (Франция, Англия, Япония, США)

Опыт интервенции 1931—1933 гг. показал полное превосходство японской армии над китайской, а также крайнюю политическую нестабильность Китая – боевые действия между Гоминьданом и КПК продолжались несмотря на потерю огромных территорий. Это привело к Сианьскому инциденту 12 декабря 1936 года – аресту лидера Гоминьдана Чан Кайши генералами Чжан Сюэляном и Ян Хучэном. Целью ареста было вынудить Чан Кайши образовать единый фронт с коммунистами для борьбы с японцами. И такой фронт – Второй объединённый фронт был вскоре создан. (Первый объединённый фронт между Гоминьданом и КПК существовал в 1923 -1927г. и был направлен против генералов-милитаристов) Гражданская война в Китае была «поставлена на паузу» для борьбы с внешним врагом.

Китайская армия накануне войны

Китайские вооружённые силы накануне войны были самыми многочисленными в мире. Их численность составляла по разным оценкам от 1700тыс. человек до 2,4 млн человек.

Следует сразу отметить, что значительная часть вооруженных сил подчинялась центральному правительству во главе с генералиссимусом Чаном Кайши лишь формально. По данным советского военного советника в Китае А.Я Калягина: «Из 169 пехотных дивизий, 47 отдельных бригад и 12 кавалерийских дивизий только 71 пехотная дивизия, 10 отдельных бригад и одна кавалерийская дивизия подчинялись центральному правительству». [5, 67] Общая численность войск Чан Кайши составляла до одного миллиона человек.

Остальные войска подчинялись провинциальным генералам – милитаристам, для которых были источником личной власти и обогащения. Самые многочисленные провинциальные армии насчитывали: « Гуанси – 25 дивизий, Шаньси – 12 пехотных дивизий, Сычуань – 20 дивизий, Юньнань – 12 отдельных бригад (общей численностью 60 тыс.), Синьцзян – 13 полков (15 тыс.) и др.» [5,67] Общая численность войск милитаристов оценивалась в 700 – 800 тыс. человек.

Помимо этого, в Китае была армия китайских коммунистов – Китайская Красная армия, численностью до 150 тыс. человек. Из них 45 тыс. были сформированы в три дивизии, составившие 8-ю армию и формально подчинявшиеся центральному правительству.

Организационно китайские войска были крайне неоднородны, причём эта неоднородность наблюдалась не только в войсках милитаристов, но и в войсках центрального правительства.

По данным советского военного советника Г. Михайлова: «Пехотные дивизии существовали следующих типов. Пехотная дивизия типа „А“ имела три бригады, по три полка в каждой с батальонами: артиллерийским, связи, саперным и обозным. Кроме того, имелся кавалерийский эскадрон. Пехотная дивизия типа „В“ состояла из трех бригад, по два полка в каждой. В пехотной дивизии типа „С“ было две бригады двухполкового состава.» [6,4].

На вооружении китайской армии состояли образцы оружия самых разных марок, калибров, производителей. Ни в одной другой армии мира не было столь обширного списка наименований личного стрелкового вооружения, ручных и станковых пулемётов. Вооружение как закупалось в Германии, Италии, Испании, Чехословакии, США, СССР, Польше (кое – где даже встречались винтовки Mannlicher M1886 и Mannlicher M1888 производства Австро—Венгрии) так и производилось на китайских арсеналах по лицензии.

Военная форма и снаряжение также не были унифицированны ни до, ни во время войны. Форма была зачастую плохого качества и быстро изнашивалась.

Современных средств ведения войны: танков, артиллерии, авиации, боевых кораблей у Китая было мало и представлены они были в основном устаревшими моделями самых разных производителей.

Самолётов было 500 – 600 штук в том числе: Gloster Gladiator, Caproni Ca.101, Fiat C.R. 32, Curtiss Hawk III и Curtiss Hawk II, Martin B-10, Boeing P-26 «Peashooter», Dewoitine D.510 и т. д. Исправными были не более половины из имевшихся самолётов, таким образом боеспособность китайских ВВС была невысокой.

Танков имелось всего 70 штук. Помимо этого, было несколько десятков танкеток и бронемашин. Имевшиеся танки были сведены в два батальона. На вооружении также были машины самых разных производителей: Vickers A4E12, Vickers Carden Lloyd A4E12, Renault FT-17, Pz.Kpfw. I20, итальянские танкетки CV-3. Можно констатировать, что китайские танковые войска находились в зачаточном состоянии и не были готовы вести современную широкомасштабную войну.

Артиллерийских орудий в китайских войсках насчитывалось более 1000. (5 отдельных артиллерийских бригад и 21 отдельный артиллерийский полк) В большинстве своём это были морально устаревшие орудия из современных были: «…16 зенитных пушек Круппа среднего калибра, 48 полевых пушек „Шнейдер – Крезо“ и до 60 зенитных пушек „МЗА“ (мелкокалиберная зенитная артиллерия)». [5,102]

Насыщенность войск автотранспортом была крайне низкой ведь во всём Китае к 1937 году было всего примерно 70 000 автомобилей.

В китайском флоте насчитывалось несколько десятков кораблей, в том числе 9 крейсеров, 3 эсминца, 25 морских канонерских лодок, 18 речных канонерских лодок, 2 минных заградителя, а также 22 сторожевых корабля и 10 торпедных катеров. Корабли были преимущественно устаревшими, из крупных кораблей лишь 2 крейсера были относительно современными (но и им было по 20 лет). Подводные лодки и морская авиация отсутствовали (имелось лишь 20 гидросамолётов, но практически не было пилотов, в качестве «авиатранспортов» использовались речные канонерки с одним гидросамолётом на борту, было также два авиатранспорта с четырьмя гидросамолётами на борту). Общий тоннаж составлял около 71 тыс. тонн (из них 54.300 тонн приходилось на боевые корабли). Китайские ВМС не представляли для Императорского флота Японии хоть сколько-то серьёзного соперника.

Вспомогательные войска: инженерные, саперные, обозные, медицинские не выделялись на общем фоне и также были технически отсталыми, морально устаревшими и плохо организованными. Так в своих воспоминаниях А. Я. Калягин описывал переправу китайскими солдатами через реку на бурдюках, способ от которого российская армия отказалась ещё в 18 веке. В армии до сих пор массово использовались носильщики вместо автотранспорта (чему способствовала и общая неразвитость путей сообщения) и существовала магазинная система снабжения. Средства механизации инженерных работ также отсутствовали, не была налажена система маскировки. Каждая военно-инженерная задача: строительство дорог, перекрытие и уничтожение ж/д путей, перекрытие рек и т. д. возлагалась на разные инженерные ведомства не координировавшими свои действия ни друг с другом, ни с командирами на местах.

Военное образование и военная мысль безнадёжно отстали и находились, по существу, на уровне конца 19 – начала 20 века. Специфику современной войны большинство китайских офицеров и генералов представляли слабо.

Комплектование армии осуществлялось различными методами: вербовка наёмников и добровольцев, налог на уезд (аналог российского рекрутского набора), уже в ходе войны был принят закон о всеобщей воинской повинности. Новобранцы служили только в дивизиях, состоящих из выходцев с их региона, что создавало огромные трудности с пополнениями и ротациями военнослужащих. Части понёсшие большие потери выводили в их родные провинции для пополнения, что в условиях огромных расстояний и транспортной отсталости было очень затратно и неэффективно. (В условиях войны это было зачастую невозможно осуществить, особенно если дивизия была из оккупированных регионов, такая дивизия воевала без пополнений пока полностью не утрачивала боеспособность) Исключение составляли войска центрального правительства, комплектовавшиеся уроженцами разных провинций. Система подготовки и учёта резервистов в китайской армии отсутствовала.

Боевая подготовка не была систематизирована и велась каждым генералом – милитаристом по – своему, либо не велась вовсе. В тоже время были и хорошо подготовленные дивизии, обученные немецкими офицерами. (8 дивизий: 3-я, 6-я, 9-я, 14-я, 36-я, 87-я, 88-я и Учебная дивизии общей численностью до 80 000 человек). Немецких военных советников в разные годы возглавляли Ханс фон Сект и Александр фон Фалькенхаузен. Ханс фон Сект предлагал китайскому руководству план «60 дивизий» согласно которому китайскую армию следовало сократить в численности, а высвободившиеся средства пустить на глубокую модернизацию оставшихся войск и военной промышленности. План не был принят по политическим причинам, ведь китайское правительство контролировало значительную часть вооружённых подразделений лишь формально, а следовательно, не могло их расформировать.

Полноценная система полевых и береговых укреплений на путях возможного японского наступления отсутствовала. Имевшиеся укрепления были в основном устаревшими. Военный инженер Калягин А. Я. писал про строительство укреплений уже в ходе войны: «Планы санкционированы, а цемента нет, арматурное железо отсутствует, нет даже леса и гвоздей!». [5,138] Противотанковые и противопехотные мины в китайской армии отсутствовали.

До войны Китай успел улучшить собственные возможности, по производству вооружений и переброске войск. (путём введения в строй новых железных дорог Ханькоу – Гуанчжоу и Наньчан – Чжэцзян – Гуанчжоу). Но в целом оборонная промышленность Китая не была готова к широкомасштабной, современной войне. Многие виды вооружений, особенно наиболее современных, не производились вовсе. Промышленность также не была готова обеспечить выпуск боеприпасов в необходимых количествах, данную проблему усугублял огромный ассортимент оружия и боеприпасов на вооружении китайской армии.

Из вышесказанного можно сделать вывод, что китайские вооружённые силы не были полноценно готовы к большой войне ни по техническому оснащению, ни по уровню боевой подготовки, ни организационно. В тоже время в силу огромной численности армии и населения страны (по разным оценкам от 417 до 511 миллионов человек), большой территории, сложности рельефа и климата (умеренно – континентальный, тропический и субтропический в одной стране!) масштабное вторжение в Китай было делом нелёгким.